Мои чужие сны

Не было второго этажа, и не было комнаты мамы по левую руку с окном, выходящим на задний двор. Вместо этого он оказался в большом холле – несколько дверей, неизвестно куда ведущие.

Рыжая собака стояла у одной из дверей и заливисто лаяла. А в глубине дома пылал огонь. Там была кухня, и огонь уже лизал все, до чего мог дотянуться: стол и стулья, зеленые шторы, плиту и всю посуду. Жар стоял невыносимый, казалось, комната просто плавится. Лицо Джона обдало волной горячего воздуха, а в глазах дико плясали огни. И тут на кухне что-то взорвалось.

Это был хлопок, после которого огонь превратился в чудовище, разинувшее свою огромную пасть. Огонь был повсюду и стал приближаться. Полы вспучились и обожженными завитками стали расползаться в разные стороны. Дышать было так тяжело, что Джон упал на колени. Воздух был раскаленным и обжигал ноздри и горло. Джон закашлялся, и его вырвало черной слизью.

Собака лаяла как безумная. Она бросалась лапами на дверь, но та была заперта. Через мгновение собака развернулась к Джону и зарычала.

Юноша попятился.

– Эзра? – прошептал он.

Но собака продолжала рычать, глядя ему прямо в глаза. Ее оскал и белые зубы покрытые пенистой слюной, явно давали понять, что приближаться к ней не стоит. Джон отполз от собаки еще немного и понял, что уперся во входную дверь. Дверь была массивная, выкрашенная в яркий желтый цвет, а внизу выпилен лаз, как раз размером для средней собаки.

На кухне снова что-то хлопнуло и зазвенело. Похоже, это упал кухонный шкаф с посудой, висевший на одной из стен.

Осколки тарелок и стаканов разлетелись в разные стороны, но их не было видно – огонь тут же их сожрал.

Красная пасть чудовища была ненасытная. Огонь уже был в коридоре и пробирался в комнату, откуда несколько минут назад выскочил Джон. Эзра все кидалась и кидалась на дверь. Джон больше не мог дышать. Казалось, этот едкий черный дым окутал его мозг, и Джон забыл, как делать вдох.

Входная дверь открылась внутрь, ударив сидевшего на полу Джона по ноге. Поток свежего воздуха взорвал его легкие.

Он глубоко вздохнул и снова закашлялся. Сильные руки подхватили его под мышки и поволокли наружу из дома.

– Эзра! Эзра! – кричал он, зовя свою собаку.

Рыжая, как лиса, она почти сливалась с огнем, бушевавшем в доме.

– Эзра! – в последний раз крикнул Джон уже снаружи дома.

Дом был небольшой, но милый. Здесь могла бы жить счастливая семья. Но сейчас дом был страшен – он изрыгал пламя из окон, дымил и стрелял искрами.