Мои чужие сны

Рядом будут друзья, не надо будет тратиться на съем жилья, и, самое главное, он останется рядом с матерью.

Вдруг, повинуясь внутреннему всплеску гнева, непонятно откуда пришедшего, Джон со всего размаху пнул листья у себя под ногами. Музыка в его ушах была под стать его настроению: тревожная, агрессивная, одинокая. Сейчас у него было непреодолимое желание закричать, махать руками, упасть на колени и колотить по земле кулаками или даже сделать кому-то больно. Как ему хотелось выплеснуть из себя все сомнения, все недосказанности, неопределенности, избавиться от страха, скинуть с себя весь груз, что давил его изо дня в день.

Почему он должен принимать такие важные решения в 19 лет? А может, он просто хочет играть в бейсбол и встречаться с друзьями в кафе по вечерам. Окончить колледж и устроиться на работу, чтобы мало-мальски зарабатывать и жить – не тужить. Но Джон знал, что этого ему мало, настолько недостаточно, что он даже не хотел рассматривать перспективу обычного среднестатистического обывателя, коими наполнен их маленький городок.

Джон знал, что хочет большего. И если не он, то никто другой за него этого не сделает. Всю жизнь ему казалось, что он совершенно один во всем мире, а значит, рассчитывать может только на себя.

Собственное состояние безысходности настолько затянуло Джона, что он ничего не замечал вокруг. Музыка лишь еще больше абстрагировала его от окружающего мира. Джон не слышал, он скорее почувствовал – его кто-то звал. Это ощущение, что на него кто-то смотрит, думает о нем, медленно, но настойчиво пробивалось к нему.

Наконец это чувство, что за ним наблюдают, стало настолько сильным, что Джон оглянулся по сторонам и увидел метрах в 20 от себя девушку, пристально рассматривающую его. Это была Люси, подружка Френка. Она неуверенно махнула рукой, как-то сдержанно и скомкано. Как выяснилось потом, она несколько раз махнула Джону и даже окрикнула его, но молодой человек не обратил на нее никакого внимания, хотя и смотрел в ее сторону. А когда он начал неистово пинать листья, Люси поняла, что лучше не мешать ему.

Джон направился к девушке, на ходу вынимая наушники. Невольно он залюбовался ею. Длинные каштановые волосы были распущен, и ветер играл ими нежно и легко. Такого же насыщенного цвета, как и волосы, ее глаза сияли теплом. Робкая улыбка завершала чистый и нежный образ. Она была одета в красно-бордовое платье с длинным рукавом, так гармонично сочетающимся по цвету с опавшей листвой.