Чёрный бриллиант

До сих пор гадаю, каким образом она с цветом угадала, ни разу не побывав у меня в гостях.

– А Семёновна?

– Разумеется, заходила и не раз.

– Ну вот тебе и ответ.

– Неужели она?

– А кто же ещё?

– Какая всё-таки чудесная женщина наша шефиня! И всё так тщательно скрывает, как будто боится, что её заподозрят в слабости.

– Она же у нас кремень.

– Да. Она такая есть. Готова последнюю рубашку снять с себя и отдать. А сразу и не скажешь. Когда я увидела её впервые, у меня был шок. Не могла себе представить, что смогу проработать с ней целых два года.

Представляла, как выскажу всё, что о ней думаю, когда буду покидать это адское место. А теперь не знаю, как помягче сказать о том, что положенные два года подходят к концу, и я вынуждена буду её покинуть. Она столько для меня сделала! – со смешанным чувством благодарности, боли и неизбежности произнесла я.

– Ты действительно хочешь уехать?

– Понимаешь, Ирочка, здесь мне очень хорошо. Я чувствую себя как рыба в воде. Благодаря Галине Семёновне и бытовые условия как нельзя лучше, и коллектив великолепный, и оперировать есть возможность.

Но, в силу ограниченных возможностей больницы, здесь я никогда не смогу стать настоящим хирургом. У Галины Семёновны была хорошая школа. Она прошла всю войну и умеет делать практически всё. Чему можно было научится здесь, я уже научилась. А дальше что?

– Я тебя понимаю, но не дай Бог такого опыта никому, – произнесла Ирина, взглянув на часы. – Ой! Сейчас же мой Кирюха вернётся с работы.

Надо кормить. Ты меня извини.

– Не за что извиняться. Передавай ему привет от меня.

Расплатившись, мы вышли из кафе. Распрощавшись с подругой, я направилась к автобусной остановке. Заметив знакомую машину, хотела свернуть, но Валерий уже шёл мне навстречу.

– Татьяна Павловна, куда же вы? Разве не собираетесь возвращаться домой?

– Я кое-что забыла, Валерий Петрович, – ответила я, возвращаясь для вида в кафе, чтобы он не подумал будто я его избегаю.

– Хорошо. Я вас подожду в машине, – ответил он.

Всю дорогу ехали молча. Валерий довёз меня до дверей больницы, открыл дверцу и подал руку со словами:

– Ну хоть цветы я могу вам изредка дарить?

– Конечно. Мне будет приятно, – ответила я, вложив в свои слова как можно больше искренности.

Глава 9

Отъезд в Ригу Первая неудача

Время моего пребывания в зональной больнице, предусмотренное законом, подходило к концу. Оставалось отработать около трёх месяцев.