40 дней

Так ему ни одна девушка не написала, а из тех девушек, которым писал он сам ответила только одна. Долго спрашивала его какими практиками он увлекается, есть ли рыбу и мясо, занимается ли йогой, какие книги читает и так далее. Целую анкету прислала. Алексей ответил на половину вопросов и написал, что по анкетным данным человека себе не найдешь и предложил встретиться, но девушка на связь больше не вышла. Наверно именно анкетные данные ее и интересовали в первую очередь.

Но все же была одна девушка, к которой Алексей испытывал симпатию и возможно даже взаимную, но он понимал, что им никогда не быть вместе.

Дело в том, что эта девушка, его соседка, которую звали Юля была проституткой. А он в принципе не допускал возможности близких отношений с девушкой легкого поведения. Поэтому дело дальше небольшого флирта не доходило. Наверно и Юля понимала, что она Алексею, ученому математику не пара и держала дистанцию. Алексею нередко хотелось ее сократить. А что? Проститутка и есть проститутка. Ей же все равно с кем спать. А тут даже симпатия между ними какая ни какая есть. Но Юля стойко пресекала его попытки сблизится еще до того, как Алексей успевал, что-то сказать. Наверно женская интуиция говорила ей о несерьезных намерениях Алексея, и она всякий раз находила способ уйти от общения с ним в такие моменты.

– Останусь холостяком, подумал он. И фиг с ним. Кто сказал, что перед смертью мне захочется пить?

Алексей помыл посуду и вернулся к себе в комнату. Глаза закрывались сами собой, и он снова лег в кровать и уснул до следующего утра.

ДЕНЬ ТРЕТИЙ

Утром он чувствовал себя совершенно здоровым. Спать больше не хотелось. Организм полностью справился с вирусом.

Алексей зашел на кухню, открыл холодильник и долго задумчиво стоял перед ним. Захлопнув дверцу, он захватил старую потертую нейлоновую сумку, которую купила мама в далеких восьмидесятых годах и направился в ближайший магазин за продуктами.

Прямо у подъезда стояли несколько жильцов дома и успокаивали соседку с шестого этажа.

Сергей не помнил, как ее зовут, но помнил ее дочку Машу. Маша училась в школе в классе пятом или шестом.

Алексей остановился, прислушиваясь к разговору.

– Да не плач ты, вернется она. Пошла к своим друзьям. Говорила высокая седая соседка в нарядном синем платье.

– Куда она могла пойти? На два дня? Ты подумай сама – девочке 12 лет!

– Милиция-то что сказала?

– Да вот она милиция. Женщина кивнула в сторону стоящего рядом участкового Славу.