Кремниевые чипы и люди из кремня

Ну а мне что, атлеты так атлеты, главное, чтобы он мне про их спортивные достижения не рассказывал. Что, мол, в нормальных странах спорту уделяют серьёзное внимание, а у нас…, ну как обычно.

Обнял он, значит, самую красивую бронзовую девицу, а я начал его фотоаппаратом щелкать так, чтобы на снимке и небоскрёбы здешние и виды оказались хотя бы на заднем плане. Чтобы понятно было, что это Гонконг, а не московский парк Горького. И где-то после третьего снимка, начал я замечать, что местные, до этого спокойно гулявшие себе мимо, начинают около нас притормаживать и рожи у них при этом, какие-то, ну, совсем не доброжелательные.

И Алексеич похоже тоже это заметил.

– А чего это они вокруг нас кучкуются? – спросил он почему-то у меня и отлепился от очередного женского бюста.

Я оглянулся и спрятал фотоаппарат в карман куртки. Сзади нас стояло человек семь гонконгцев разного возраста и выражение их лиц мне абсолютно не нравилось. Послышалось интернациональное слово "police".

А потом один товарищ из толпы, хмурый узкоглазый мужик лет пятидесяти, почему-то на чистейшем русском языке объяснил нам, что мы залезли на памятник первым жертвам атипичной пневмонии в Гонконге в две тысячи шестом году.

Моего компаньона при этих словах аж отбросило от памятника на пару метров: испугался, наверное, что они до сих пор заразные.

Но в итоге, как-то мы всё-таки сумели удалиться, без линчевания и вызова полиции. Хорошо ещё, что это наш человек из Якутии случайно рядом оказался. А мы его за местного приняли.

Он тут со своей компанией, оказывается, алмазами якутскими приторговывает на международном уровне, так сказать, сливаясь внешним видом с аборигенами. Сказал, что гуляет здесь постоянно, но вот таких осквернителей захоронений в первый раз видит. Само собой, это Пыжикову настроения тоже не улучшило, пришлось к нему по приезду в отель массажистку в номер послать. Правда, обошлось мне всё это в сто пятьдесят долларов, чтобы она сообщила клиенту, что мол, процесс бесплатный, подарок от отеля. Заодно трусы ей вернул, я ж не фетишист.

Поэтому Пыжиков полез в самолёт довольный и загадочный и больше мне не докучал до самого прилёта в Пекин. Я, не менее довольный, сплавил его на рейс до родины и быстренько забрав свои вещички, помчался к встречающей меня Люське. Правда "быстро" это громко сказано, китайцы к своей Олимпиаде забабахали аэропорт размером, наверное, с небольшую страну (и почему это нам с шефом казалось, что она в Гонконге проводилась?).