Неглубокие следы

Совокупность мужских увлечений, пороков и грешков нашли свое отображение в портретах моих мужчин.

Тимур, думает, что красавчик. Носится со своей стрижкой и бородой, а сам похож на снеговика. Прогрессирующая гипертония сигналит красным носом, но это позволительно с той кабалой, в которую он себя загнал. По-честному, он – единственный из всей компании, на кого можно гипотетически рассчитывать.

Не на Севку же. Тот, как был дятлом, так и остался. Вообще жалею, что пригласила его, но подобная избирательность вызвала бы у остальных нездоровые подозрения.

Никита располнел. Супруга, небось такая же неряха. Распустилась. Совсем за собой не следит. Но надо знать Никиту, уделявшего слишком много внимания душевности общения и сытности завтрака. На классных женщин он не заглядывался, они на него не смотрели и подавно. Лох – это судьба. Диагноз по-жизни. Успешность же мужчины в эпоху экономической модернизации, по-прежнему, коррелируется в головах милых во всех отношениях дам с величиной материального достатка.

Поэтому, трезво оценив свои позиции, он закономерно опустил планку, а ночью в темноте под одеялом любая хороша уже тем, что согласна.

Зато Стасик молодец. Вот, кто сколотил капитал. Сеть немецких автосалонов и букмекерская контора не хухор-мухор. И женился по уму. На дочери вице-мэра. Свадьбу освещала пресса. Тесть – сыроварный магнат, поднявшийся на волне импортозамещения, мастер создания информационных поводов, чтобы потешить гостей заказал самого Киркорова.

Они с ним в караоке до утра орали. В общем, наибольшее удовольствие от торжественного мероприятия тесть и получил. Еще одно удовольствие с шильдиком из серебряных стрел стояло в его гараже. Как-то принято было в их семействе обмениваться подарками. Невесту, как за отару баранов отдавали. Пребывая в подпитии, Стас не переставал хвалится практичностью своих немецких партнеров и своим умением вести дело, а это означало, что в долг у него просить бесполезно. Такого на сантименты на разжалобить, предложить же ему нечто большее – это навряд ли.

Нечто большее предназначалось для другого.

Эх, Владик. В жизни каждой женщины есть мужчина, одна мысль о котором вызывает приятную теплую тяжесть под сердцем и внизу живота. Такому можно простить все: и раздолбайство, и отсутствие денег, и черствость, и загулы, и измену. Сложно простить одно – нелюбовь.