Конёк-Горбунок

Горбунок-конёк встряхнулся,

Встал на лапки, встрепенулся,

Хлопнул гривкой, захрапел

И стрелою полетел;

Только пыльными клубами

Вихорь вился под ногами.

И в два мига, коль не в миг,

Наш Иван воров настиг.

Братья то есть испугались,

Зачесались и замялись.

А Иван им стал кричать:

«Стыдно, братья, воровать!

Хоть Ивана вы умнее,

Да Иван-то вас честнее:

Он у вас коней не крал».

Старший, корчась, тут сказал:

«Дорогой наш брат Иваша,

Что переться[24 - Пере?ться – отпираться, отказываться.

Но возьми же ты в расчёт

Некорыстный наш живот[25 - Живо?т – имущество, добро, жизнь.Некоры?стный наш живо?т – бедную нашу жизнь.].

Сколь пшеницы мы ни сеем,

Чуть насущный хлеб имеем.

До оброков[26 - Обро?к – деньги или продукты, которые при крепостном праве крестьяне должны были отдавать своему помещику.] ли нам тут?

А исправники[27 - Испра?вник – начальник полиции в уезде (в районе).

Вот в такой большой печали

Мы с Гаврилой толковали

Всю намеднишнюю[28 - Наме?днишний – недавний, от слова «намедни» – недавно.] ночь

Чем бы горюшку помочь?

Так и этак мы вершили[29 - Ве?ршить – решать, заключать, приходить к выводу.],

Наконец вот так решили:

Чтоб продать твоих коньков

Хоть за тысячу рублёв.

А в спасибо, молвить к слову,

Привезти тебе обнову —

Красну шапку с позвонком

Да сапожки с каблучком.

Да к тому ж старик немо?жет[30 - Немо?жет – болеет, от глагола «немочь» – болеть.],

Работа?ть уже не может;

А ведь надо ж мыкать век, —

Сам ты умный человек!» —

«Ну, коль этак, так ступайте, —

Говорит Иван, – продайте

Златогривых два коня,

Да возьмите ж и меня».

Братья больно покосились,

Да нельзя же! согласились.

Стало на небе темнеть;

Воздух начал холодеть;

Вот, чтоб им не заблудиться,

Решено остановиться.

Под навесами ветвей

Привязали всех коней,

Принесли с естным лукошко,

Опохме?лились немножко

И пошли, что боже даст,

Кто во что из них горазд.

Вот Данило вдруг приметил,

Что огонь вдали засве?тил.

На Гаврилу он взглянул,

Левым глазом подмигнул

И прикашлянул легонько,

Указав огонь тихонько;

Тут в затылке почесал,

«Эх, как тёмно! – он сказал. —

Хоть бы месяц этак в шутку

К нам проглянул на минутку,

Всё бы легче.