Древние Славяне. Соль. Книга первая. Крещение

А девицы, переглядываясь, пряли первую нить, отрывали длиною со свою ладонь и отдавали подошедшей Славунье. Та, перекрутив их, смяла, подошла к печи и со словами: «Возьми Мокошь[22 - Мокошь – славянская богиня плодородия и здоровья.] нашу пряжу, путь не рвётся, не гниёт и не путается», бросила в огонь.

Девицы и молодухи продолжили сучить и крутить нити, весело переглядываясь между собой. Парни зашвыркали ножами по дереву. Ненадолго стало тихо и слышалось шипение от падающих угольков с прогоревших лучин, в миски с водой и мокрым мхом, стоящих под светцами[23 - Светец – высокая, до полутора метров, металлическая или деревянная подставка для трёх-пяти лучин, освещающих комнату.

]. Сегодня Славунья поставила их четыре, достав и старые, корявые, выструганные из корневищ деревьев. Два железных светца – зависть половины деревни, Славунья поставила в середине комнаты.

Из-под хозяйской лавки, где сидели свекруха Ванда и вышивальщица Дуняшя, задев расшитый подзор[24 - Подзор – вышитый или кружевной край парадной простыни, постоянно застилаемой под простым постельным бельём.

] выпрыгнула здоровенная зайчиха с задней обрезанной лапой, чтобы не сбежала.

Понюхав валенки и лапти на ногах девиц, и пожевав стружку у лавки парней, она допрыгала до печи, поискала чутким носом еду на полу. Ничего не нашла, быстро нагадила, и упрыгала обратно под лавку-постель к запищавшим зайчатам. Все, не отрываясь от работы, следили за шустрой зверушкой.

– … И вот, значит, пошел Княжич за третье царство, к море-океяну, искать камень Алатырь на заветном острове, – завела продолжение сказки седая Ванда, не перестающая крутить нить.

 – И взял он собою два гребня – костяной да деревянный, лаптей целый короб и хмельного кваса…

Сказку перебил вошедший Сотя. Застенчиво проговорив: «Всем здравия», он снял шапку и тулуп, кинул их в угол, где навалом лежала одежда остальных, и прошел через большую комнату в детский угол, где сыновья Славуньи топориками не прекращали щепить лучину.

Не садясь, мальчик достал свой складной нож и принялся рассматривать его у светца и так и эдак, то закрывая в деревянную ручку, то снова раскрывая. По лезвию ярко скользили отсветы от горящих лучин. Славодар, Божидар и особенно радостно замычавший Неждан с завистью следили за движениями Соти. Парни постарше смотрели как бы с равнодушием… но внимательно.

– … И была там краса-девица, а глаз недобрый.