Евангелие от Марка. Версия вторая

– Оставь! У меня и так голова кругом! Почему обязательно аналог? Допустим, Институт, в котором я работал, изменился, а я нет, поскольку оказался за пределами зоны, охваченной изменением. Но почему при этом должен возникнуть еще один Пол Андерсон?

– Такова теория.

– Теория касается тех, кто был в зоне. Изменившись, они стали аналогами самих себя. Но удвоиться? Это же не параллельный мир, в конце концов. Тут наверняка какая-то ошибка.

– Тебе просто не хочется встречаться с самим собой, – усмехнулся Марк, но тут же посерьезнел.

 – Может, ты и прав. Меня это вполне бы устроило.

Валерия вздохнула. Ее не так страшила встреча с собой… возможно, женщины больше к себе привычны, чаще смотрят в зеркало, подумала она с иронией… нет, не встреча ее пугала, а обратное… а что если ее родители вообще в этом мире не встретились… или такое невозможно, ведь вот же она, плод этой встречи?.. Действительно, голова кругом! Она заставила себя снова вслушаться в ушедший несколько вперед рассказ Пола.

– И тут Лора прерывает мои путаные рассуждения вопросом: «А на каком языке он говорил?» Понимаешь? Я сосредотачиваюсь и обнаруживаю сногшибательный факт: мой случайный собеседник говорил со мной на латыни.

На классической латыни, не совсем разговорной, той, на которой болтает… то есть болтал… римский плебс, скорее, на книжной, но латыни!

– Латыни? – переспросил Марк настороженно. – Вот как! А что если?… Нет, не сходится, – заключил он после секундной паузы.

– Не сходится, – согласился Пол.

 – Я сразу подумал. Но новую эру стали отсчитывать с 753 года от основания Рима. Разница больше, чем в триста лет.

– Триста пятнадцать. По римскому счету у нас 2823 год.

– Послушайте, – вмешалась Валерия, – я, конечно, не специалист в вашем деле, но… – Голос у нее окреп, она почувствовала, что оживает, как всякий раз, когда ей приходилось искать решение какой-либо проблемы. – Обязательно ли время должно совпасть? А не может ли быть, что после этого предполагаемого изменения развитие общества замедлилось, и оно от нашего, условно говоря, отстало? И занялось хронофизикой на несколько веков позже.

То есть точка, из которой хрононавты отправляются и в которую возвращаются, отодвинулась из 2070 в нашем случае года в 2508?

– В этом что-то есть, – признал Пол, почесав в затылке. – А, Марк?

Тот пожал плечами.

– Все может быть. Я не хронофизик. Это задачка для Лоры. Ладно, рассказывай дальше.

– Дальше было то, о чем я уже говорил.