ПИСЬМА НА ТОТ СВЕТ

Все заботы, все земное- интересы, чувства, стремления все, все осталось здесь на земле у живых, а тебе все это уже не касалась.

Тебя уже не было. Все это было так то нелепо, необъяснимо, неправдоподобно, что я и до сих пор не верю, что тебя нет. Здесь ТЫ! САНЮШКА, СЛЫШИШЬ! ЗДЕСЬ со мною, во мне, в моих мыслях, в деяниях моих рук.

Это неправда, что тебя нет, неправда!

Господи!, что это я, наверное схожу с ума!

Но этот последний взор, когда ты вскочила на постели и вскинула на меня свои СИНИЕ глаза, твое лицо, вдруг помолодевшее, твои локоны и пульсирующая жилка у горла, все время стоят перед моим взором.

И, если я на что либо гляжу, то смотрю как бы через вот эту твою фотографию, как вид через окно: и тебя и все остальное на, что смотрю… все вижу, а там, вроде, стеклянная- сквозь тебя вижу…

Ты во мне, родная моя Санюшка!

Не могу больше. До свидания, до следующего письма..

Обнимаю, целую Л.

Письмо второе

31 марта 1986 г

РОДНАЯ, здравствуй!

Вот и опять разговариваю с тобою: Невтерпеж…

Сейчас я огорчен до чертиков, прямо теряюсь, как быть, что делать?

Ты наверное догадалась, что мои огорчения связаны с сегоднешней знаменательной датой, Догадалась? -Правильно – Сегодня день рождения Ивана, вот с программой проведения этого дня, а я очень чту и чтил твои чувства к нему, да и сам ведь тоже питаю к нему чувства, только я более сдержан и понимаю что выражение любви не должно быть сюсюкающим, а ее проявления всегда должны преломляться через призму ответственности перед будущим: кого мы готовим, каков человек получится после общения с нами.

Ведь излишнее проявление любви портит, отлагает в сознании любимого, сознание вседозволенности и всепрощения, выковывает чувство нетерпимости к критике его действий. Мы об этом с тобой многожды говорили, хотя наши точки зрения на этот предмет были, по сути, противоположны, старались, поселить в сознание Ивана, и чувства благородства, добра, работоспособности, собранности и т.

Прежде чем продолжить на разговор об этом, вынужден тебя огорчить, ты не пугайся, родная, не так все страшно, -хотя весьма и весьма огорчительно.

Дело в том, что три дня тому назад я упал / начал копировать тебя/ и сломал руку, правую руку. Это крайне неприятно, тем более, что в моем положении одинокой жизни, без руки очень трудно обихаживать себя, а тем более услуживать Ивану.