Жемчужина во лбу

* * *

– Праздник… – рассеянно отвечает эмир, перебирая драгоценные камни на столе. —Праздник всегда хорошо.

– Деньги нужны…

– Деньги это пыль, – рассеянно говорит эмир, смотря на закат сквозь прозрачный кристалл.

– Кто мне их даст?

– Спросите у министра финансов, скажите, я повелел.

– М-да. Придется самому доставать.

* * *

– Покупаю у вас драгоценную вазу, – говорит итальянский посол геоманту, – с условием забрать ее, как только начнутся военные действия и всем будет не до вещей с чудотворными свойствами.

Он раскрывает саквояж и, набирая в ладони золотые монеты, высыпает на стол.

– Откуда у вас золотые червонцы? – спрашивает геомант. – Только один человек здесь располагает такими деньгами. Признайтесь, Шестиглазов заплатил вам за шпионаж?

– Знавал человека, – говорит итальянец, – который падал в обморок от лицезрения большого количества денег.

– Презренный металл! – поднимает геомант руки с прилипшими к ним монетами. – Деньги необходимы для устройства зрелища: миража в пустыне.

Он протягивает руки вперед, и монеты осыпаются на стол.

– Праздник, хм! Не лучше ли использовать деньги на подкуп тех же самых большевиков, чтобы они на пару дней отодвинули дату начала войны.

– Не лучше! Кроме того, большевики неподкупны.

– На самом деле… открою вам тайну… подкупать нужно английского генерала, вернее – перекупать. Большевики заплатили ему, чтобы он опоздал. Все подкупны: зависит от суммы.

– Праздник важнее.

– Разумеется. Ключ от сейфа, пожалуйста, – протягивает итальянец руку.

* * *

Между двумя рядами низкорослых гор раскинулась широкая долина с причудливым облаком вдали. Перед купоросно-синим озерцом стоит стол. Над пустынной долиной, похожей на сцену, возникают миражи. Время от времени в озерце появляются пузыри газа, и Шестиглазов надевает на лицо мокрую повязку, чтобы не поддаваться наркотическому воздействию. Геомант раздает раковины, чтобы все трубили в них, призывая чудо.

– Нет, этого не может быть! – кричит Шестиглазов. – Это все надувное… я хотел сказать – надувательство. Впрочем, я понял! Дайте-ка мне ружье, и я спущу ваше чудо на землю!

По приказу эмира приносятся ружья, и все начинают палить в небо, но безрезультатно – патроны оказываются холостыми.