Мёртвый поводырь

Ощутив спазмы в горле, Ксения несмело толкнула маленькую, точно игрушечную калитку и по извилистой тропинке направилась в обиталище мёртвых. Безбрежное небо в этот день было синее-синее, а солнце лучезарное, казалось, природа ненасытно упивалась своей жизнерадостностью, отовсюду доносилось беззаботное щебетанье разных пташек, которым было совершенно безразлично, что кружат они в очень скорбном месте. А жизнь-то продолжается, а жизнь – прекрасная штука! Ликовала бесстыдно природа. Ксения, охваченная грустными мыслями, медленно-медленно, словно несла с собой тяжёлый груз, щла по тропинке, змейкой вьющейся среди могил, равнодушно скользя взглядом по чужим бугоркам.

– Но что такое смерть? – в который раз задавала она себе этот неподдающийся вопрос. И что это обозначает – человека нет? Вот вечная загадка, которую, может в наказание подбросила человечеству жизнь. Нет её мужа, но ведь во сне он приходил. Значит, он всё-таки есть. Допустим, он лежит неподвижно в своей могиле, значит, он всё-таки есть, просто засыпан землёй и не участвует в этой суетной жизни.

Полная скорбных раздумий, Ксения храбро приближалась к родному бугорку. Если б кто-нибудь раньше сказал ей, что наступит момент, когда она совершенно спокойно, в полном одиночестве, героически будет бродить среди могил, всё равно как по многолюдной улице, она, трусливая от природы, посчитала бы такого человека почти сумасшедшим. С детства, начитавшись страшных сказок про вампиров и мертвецов, она до смерти боялась покойников. Странно, но теперь ей здесь, среди усопших, было куда спокойнее, чем среди живых. Где-то она читала, что от могилы, где скрыт близкий человек, исходят вроде бы какие-то благотворные импульсы, вернее, флюиды, как знать, может, правда.

Долго, как изваяние, стояла она, не шелохнувшись, на могиле мужа и всё к чему-то прислушивалась. Ей казалось, что Алексей исподтишка за ней наблюдает. Бугорок, где покоился её супруг, как-то сиротливо съёжился, а ёлочки скрючились, наверное, оттого, что она их не поливала. Примитивный памятник, наспех сколоченный, вообще свернулся жалко на бок, словно поверженное бурей дерево.

И в который уже раз она вяло подумала о том, что надо бы мраморный заказать и тут же спохватывалась, оправдывалась, что как-нибудь потом, что сейчас всё равно денег нет. Да и не всё ли равно ему теперь?

Она вспомнила, как они часто, как только поженились, беседовали о смерти, которая тогда казалась им чем-то нереальным, во всяком случае, к ним не имеющем никакого отношения.