Всё не зря: зарисовки из жизни и о жизни

Скалолаз двигался практически вслепую, ощупывая поверхность пальцами рук и ступнями. Перекинул левую руку в обнаруженное углубление и подтянулся.

Вдруг что-то произошло. Небольшой уступчик, за который цеплялись пальцы правой руки, шевельнулся, будто скала хотела увернуться от его прикосновений. Сверху посыпалась крошка. Устойчивость вмиг была потеряна. Он крепче схватился другой рукой, но достичь баланса не удавалось. Пока ещё он держался, но…

Все органы чувств были обострены. Страх на долю мгновения сковал мышцы, сердце ухнуло вниз, по спине пробежал холодок… Верхолаз напряг силы, завёл свободную руку за спину, где был мешочек с порошком магнезии.

Зачерпнул смесь и растёр её пальцами. Дав телу чуть отдохнуть, чтобы собрать внутренние резервы, он очень осторожно, аккуратно заскользил рукой, ощупывая поверхность.

Не было ни уступа, ни щели. Стёртые пальцы натыкались лишь на сухие колючки. Он висел над пропастью, жилы натянулись, как канаты. Бывало не раз, когда они поднимались с ребятами по скалам, возвышающимся над морем, и кто-то срывался, просто уходил под воду.

Конечно, удар не очень приятен, но всё же ничего страшного. Сейчас же он видел – слишком высоко… Слишком. Не паниковать, не паниковать…

Мужчина приник к скале, распластался под ней. Казалось, что он чувствует её дыхание – да, он никогда не считал камни мёртвой природой. Он сам стал частью скалы, повторяя своим движением её рельеф.

Сейчас он будто настраивал своё дыхание в унисон.

Грудь вздымалась, от напряжения слегка застучало в висках. Нечеловеческим усилием воли он заставил себя чуть оторваться, переместив центр тяжести. И почувствовал, что скала покорится. Рывок – и он перебросил ногу, подтянувшись на руке и одновременно зацепившись пальцами другой за найденную вслепую небольшую трещинку.

И вот он уже быстро стал карабкаться вверх, словно сама скала указывала путь, а ему только оставалось хвататься за протянутую каменную руку и взбираться на подставленную скальную спину.

Уступы нависали прямо над головой, но человек двигался уверенно, периодически смещаясь, и каждый раз оказываясь всё выше. Только когда последний подъём был преодолён, он почувствовал, как онемели пальцы, спину свело, мышцы рук гудели, ноги подрагивали.

Он поднялся на вершину скалы. Напряжение постепенно отпускало. Стоя в полный рост на щётке жёсткой травы, он уже не чувствовал себя песчинкой, как у подножия или как там, в городе.