Голубика в кружке

Я у нее однажды ночевала. Ночью пошла в туалет, а он на кухне сидит, чай пьет. В трусах одних. И мне шепчет: «Мариночка, иди чайку попьем!» Мать? А ничего мать. У нее двое маленьких, она вся в заботах. Так что, знаешь, у меня не самый плохой вариант.

– Да, наверно, – как-то неуверенно согласился парень.

Пару минут шли в молчании.

– Ты права, я из другого мира. У меня отец. У всех моих друзей отцы. Чтобы кто-то развелся – это нонсенс. Я знаю, что у Мишки отец гуляет. Даже не гуляет, а вечно выгуливается. И все знают.

Но как-то слышал разговор матери с подругами: зато не пьет. И деньги приносит.

– Да ты подслушка? – попробовала пошутить Марина, но тут же поняла, что неудачно.

– Подожди… – Видно было, что парня что-то здорово беспокоит. – Здесь другое. Мой отец иногда бухает, и вот тогда караул – матери достается. Сейчас хорошо, я не даю в обиду. Только не пойму: зачем она с ним живет? Любит? Сохраняет семью?

– А ты спроси! Я свою спросила. И что? Надеется!

– В смысле?

– Надеется, что со временем все наладится, – горько усмехнулась Маринка и, словно вспомнив о недавнем ударе, потерла плечо.

– Вот и моя, наверное, надеется.

– Главное, чтоб ты не бил свою жену. Детей. Кто-то же должен начать менять все это.

Уже несколько минут они шли по Степуринской – длинной, с недавно уложенным асфальтом. За жаркий день он накалился и сейчас медленно отдавал в ночь свое тепло и аромат. Горький и тяжелый. Около очередной девятиэтажки Маринка свернула во двор.

– Надо же, – удивился Сергей, – ни в одном окне нет света.

Может, отключили? Тебе на лифте надо подниматься?

– Да, на восьмой.

Тут как по команде в доме в разных местах зажглись несколько окон. Не спалось кому-то этой ночью…

Около лифта был темно – одинокая лампочка давала совсем мало света, – так что пришлось долго вглядываться, чтобы найти кнопку. Сергей вызвал лифт. Где-то в вышине раздался скрежет и грохот, и Маринка в очередной раз подумала, что очень боится лифтов.

В лифте было ненамного светлее, но Маринка смогла наконец разглядеть своего провожатого.

Среднего роста, спортивного телосложения. Неопределенного цвета майка не скрывала довольно мускулистые плечи. Русые волосы. Приятное лицо.

Сергей тоже разглядывал Маринку.

– Ну вот и познакомились, – засмеялась она.

На площадке восьмого этажа света не было вообще. Двери лифта закрылись раньше, чем Маринка подняла руку к дверному звонку. Пошарив рукой по стене, нащупала кнопку и слегка ее придавила.