Голубика в кружке

Я со вторым даже и не знала, что беременна, пока схватки не начались. Раньше пышная была – и не поняла, что живот-то растет. Это теперь сморщилась.

Юлька слушала говорок пожилой женщины и понемногу отвлекалась от своих мыслей. А мысли были очень грустные.

* * *

После обеда все возвращались в палату повеселевшие. Ольга, высокая шатенка лет двадцати, несла Юльке второе.

– Я тебе на тумбочку ставлю – как захочешь, съешь. Здесь пюре и какая-то рыба. Но ниче. Съедобно.

– Спасибо.

Следом шла Наталья с двумя стаканами чая.

– Юленька, давай чаю попьем. Теплый и сладкий. Обязательно. Сразу будет легче.

Она помогла Юльке приподняться и придерживала стакан. Только начав пить, Юлька поняла, насколько ей необходим этот чай. Она тут же выпила бы и второй, но Наталья посоветовала передохнуть.

После обеда потекла размеренная больничная жизнь. Кто-то дремал. Кто-то пошел на уколы. Кого-то медсестра позвала на капельницу. Юлька периодически проваливалась в забытье.

Ближе к вечеру в палату зашла с обходом лечащий врач Наталья Васильевна, красивая маленькая женщина.

Волосы стянуты в длинный хвост. Яркий макияж. Вся аккуратная и подтянутая. Глянула на Юльку.

– Почему не сказала, чтобы поменяли белье? Вставай потихоньку – и в процедурную, на обработку.

Тело отказывалось слушаться. Болело везде и сразу. Юлька нетвердыми шагами вышла в коридор и ухватилась за стенку: такая была слабость. Подошла Наталья, взяла под руку.

– Ольге на завтра назначили.

В Юлькиной палате женщины лежали в основном на лечении.

Есть, оказывается, много всяких женских заболеваний. Юлька столько узнала за эти дни. Были здесь и молодые, и пожилые.

Лену привезли на скорой. Упала в обморок прямо на работе. Довела себя до этого сама. Наталья Васильевна так и сказала. Как она ругалась! А Лена лежит под капельницей, вся зеленая, и плачет.

– Вы же взрослая женщина! У вас двое детей! Как можно не обращать внимания на то, что уже четыре месяца кровотечение? Как может быть некогда? А сейчас помрете – и кто будет с детьми?

У Ани внематочная.

Тоже привезли на скорой. Так жалко ее. Ей уже за тридцать, а детей нет. Десять лет замужем – и никак. А тут внематочная. Шансы уменьшаются.

Ирине Геннадьевне за шестьдесят. Крупная женщина с мужской стрижкой. Она все удивлялась – и думать забыла про гинеколога, давно уже климакс, а тут какие-то осложнения.

Юльку жалели, потому что молодая. Понимали, что девочку обманули.