О Жизни. История вегана

Через несколько месяцев, постепенно, со временем, я устал бояться сна, уже не испытывал тот жуткий, безумный страх, как в начале моих видений, ощущений, когда я столбенел, каменел от страха. Я стал меньше бояться и у меня сразу появились силы- Я уже мог шевелиться во время давления,, я напрягал все силы и с трудом, медленно поворачивался на спину и как бы отталкивал, скидывал давление с себя. Потом я заметил, что мне легче освободиться от давления в самом начале, как только оно начиналось, и я уже не ждал, замерев от страха, а сразу освобождался от давления.

Однажды вечером, я сидел на лавочке в нашем дворе, с моей соседкой по лестничной площадке, Наташкой Попенко, она была на год младше меня. Не помню, как получилось, но мы стали разговаривать о наших снах. Наташка, по большому секрету, рассказывала мне о своих видениях во сне, сильном страхе и так далее. Я, в свою очередь, рассказывал ей, естественно по большому секрету, о своих видениях, ощущениях, давлении, моих попытках кричать и звать на помощь во сне. Оказывается, у неё было всё почти так же, как у меня. Мы никому раньше не рассказывали об этом, боялись, что нас примут за душевнобольных, сочтут за ненормальных, поэтому из нас «лился» тот огромный объём информации, который мы долго копили и держали в себе. Время 11 вечера, потом 12, Мама уже два раза выходила на балкон и говорила нам – Молодые люди, не пора ли вам домой? Я отвечал – Сейчас иду, Мам!, но мы продолжали разговаривать, не могли наговориться. Потом Мама заснула и перестала выходить на балкон, и мы проговорили до трёх часов ночи. Помню, какое облегчение я тогда испытал – Я не сумашедший! Я не псих! Я нормальный! Оказывается, что другие люди тоже видят и ощущают «разное» во сне, не только я один. Ведь пару звоночков о моих проблемах с психикой уже прозвенело для родителей. Два раза, как минимум, точно не помню сколько раз, они просыпались от моего истеричного вопля и бежали ко мне в комнату, когда вдруг мой крик во сне переходил в другую фазу, в явь, так сказать. И хотя я кричал, звал на помощь Маму с Папой почти каждую ночь, особенно в начале, мои вопли о помощи прорезались в явь лишь несколько раз. Представьте себе такую картину – тихая ночь, родители спят в соседней комнате, вдруг среди ночи раздаются громкие, во весь голос, мои вопли о помощи. Я так сильно кричал, что, наверное, наяву не смог бы так громко кричать.