Белые чайки, белый маяк

Песчаный ровный берег постепенно становился каменистым, сначала появился песок, смешанный с галькой, потом стали попадаться большие камни, которые лежали на берегу и в море, и на отмели торчали из воды острыми гребнями. Берег начал подниматься вверх, сначала постепенно, потом все круче и круче, превращаясь в скалы. Местность как будто разделилась на ярусы, шоссе осталось наверху, а берег далеко внизу. Над морем пролетела птица, может быть и чайка, но рассмотреть ее против солнца не получилось. Идти становилось труднее, и теперь Ян решил подняться обратно к дороге, где местность была ровнее.

Чуть выше песчаный берег смешивался с участком, заросшим травой, и дальше вдоль шоссе шла тропинка, на которую он вернулся.

Оказавшись наверху, Ян снова посмотрел вперед, и тут перед ним открылась картина, которую он не мог увидеть с берега. Впереди, совсем близко, высился настоящий большой маяк. Ян остановился, чтобы хорошо его рассмотреть – раньше он видел маяки только на фотографиях. Конусообразная белая башня стояла на мысе, далеко уходящем в море.

Рядом с маячной башней – одноэтажное белое здание. Наверное, там и живет смотритель и еще кто-то, кто обслуживает маяк.

За мысом впереди не было больше ничего, никаких зданий и построек, только пустырь и шоссе, уходящее в никуда. Но все это пространство было живое – оно двигалось, шумело и переливалось бело-серыми оттенками из-за спин чаек, заполнивших все вокруг. Больше всего чаек было на заросшем травой пустыре. Также они расположились и на мысе – маяк стоял не на самом его краю, еще оставалось свободное место на скалистом берегу, вдававшемся в море.

И на этой оконечности суши за маячной башней тоже сидели чайки. Они кружились в небе, кричали, высматривали добычу в море.

Ян почувствовал прилив сил, нужно было пройти еще немного. Он не хотел спугнуть птиц и решил быть осторожнее. Он приближался, и башня маяка становилась все выше и выше, голоса чаек громче, и теперь можно было уже рассмотреть птиц. Ян достал бинокль. Черная голова и шея, серая спина, белый хвост, длинный и тонкий клюв, над и под глазами белые полумесяцы.

Так и есть, те самые белоглазые чайки. Еврипид не ошибся, большая колония у маяка.

Ян подходил ближе, и побережье перед ним раскрывалось все шире, наполняясь новыми красками и звуками. Шум моря смешивался с криками птиц и хлопаньем крыльев. Берег, заросший травой, и желтый песок переливались зелено-желтыми оттенками и переходили в бело-серые, под цвет оперения обитателей.