Откуда-то знаю

– Большой ей привет! Мы с папой подумали и решили остаться у Петровых еще на день. Давно не виделись, да и ты, наверное, не расстроишься.

– Да перестань, – сказала Саша, хотя и правда не расстроилась. Совсем не расстроилась.

– Поли-и-ин!

– Ау? – раздалось из ванной.

– Родители передумали приезжать. Сегодня. Останешься с ночевкой?

– Ага. Покажешь, как стиралку включить? Что-то я не пойму.

Через час все было чисто – будто в квартире не было вечеринки, а наоборот, только ждали гостей. Во время уборки нашлась листовка с промокодом на две одинаковые пиццы по цене одной – подарок ко вчерашнему заказу.

Немного поколебались между «Мексиканской» и «Ветчиной и грибами», выбрали «Ветчину и грибы».

Пока ехала пицца, Саша рассматривала, что ей подарили, и показывала Полине. В большой коробке от Томы оказался зеркальный диско-шар («Надо попросить папу, чтобы повесил на потолок»), в открытке-конверте от Симы – сертификат на оправу для очков («Все старые как раз надоели»). Полина («Как художник художнику») подарила настольный мольберт.

В дверь позвонили. Полина пошла забирать коробки, а Саша – искать, что бы еще поставить на стол. На верхней полке холодильника нашлись две бутылки полусладкого сидра, в дверце – большой пакет мармеладных червячков. Разложили пиццу по тарелкам, включили телевизор, увидели, что показывают «Вечное сияние чистого разума», и не стали переключать канал.

Диван у дома

Замок поддался только с пятой попытки: Полина навалилась на дверь, а Саша в этот момент быстро повернула ключ.

Они подняли с пола клетчатые сумки и вошли в квартиру. Было пусто и, несмотря на солнечный день, темно: бордовые обои с цветами и линолеум, имитировавший какую-то редкую породу черного дерева, съедали естественный свет. Хозяйка сказала, что Полина и Саша могут переделать все на свой вкус, но когда это будет.

В квартире почти не было мебели. В комнате Саши стояли стеллаж и двуспальная кровать, которая больше бы подошла пожилой супружеской паре, в комнате Полины – рейл для одежды и диван.

Диван Полине сразу не понравился. Он был некрасивого болотного цвета, скрипел, и от него пахло старыми котиками. На такой не хотелось стелить любимое пудровое постельное белье.

Зашла Саша с бутылкой йогурта и кивнула на диван:

– Какой-то стремный.

– И не говори.

– Может, выкинешь?

– Я вот думала… А Ольга ругаться не будет?

– Да ей все равно. Хотя, наверное, надо позвонить.

Полина позвонила.