Дрожники. Покорение мира

Покорение мира

Егор и Ася переехали в отдаленную деревню, чтобы переждать карантин. Туроператор обещал леса, озеро в сочетании с привычным комфортом, включая высокоскоростной интернет. Но интернет пропал, озеро они так и не отыскали, а местные неприветливы. Деревня мистическим образом меняется и меняет героев, погружая в реальность прошлого. Ася превратилась в крепостную крестьянку, вскоре рядом с ней появляется новый муж, «хозяин». Все привычные вещи исчезли – нет машины, ноутбука, нет даже электричества и вещей прежних хозяев, они полностью погрузились в позапрошлый век.

Деревня переживала метаморфозы, становилась оживленнее, появлялись новые жители. Егор попытался познакомиться с управляющим Климом Захаровичем, его дом был самым добротным в поселении. Но молодого человека арестовали, бросили в подпол. Егору удалось сбежать, ему помогла Анна, девушка из настоящего. Она отвела Егора в дом к Семенихе, ворожее, которую в деревне боялись.

Семениха рассказала Егору о дрожниках, о деревне Ворожихе, где поселились бесы, прикормленные жестокостью барина. Чтобы противостоять им, надо пройти обряд у Светлого ручья, пережить три рассвета и заката, став воинами Света.

«Среди жертв есть жертвы избранные, кто-то становится адептами страха, воинами тьмы. Такие как управляющий и барин, а есть и те, кто служит прибежищем – существа безвольные, бездушные… Дрожники гнездятся в их телах миллионами, миллиардами.

Егор и Анна отправились в сакральную зону. За время, проведенное у ручья, им пришлось пережить распад и возрождение, осознать силу светлого начала, напитаться этой силой. Им больше не нужны слова, они умеют читать чувства.

Молодые люди вышли из леса совсем иными, иным был и водитель, подвезший их. Город лежал асфальтовым туманом, окаменелым остовом, пронизанным всполохами зла. Но удивительная сила Добра, зародившаяся в адептах Света способна погасить кровавое зарево.

Дрожники. Новелла

Не все доехали, некоторых потеряли в пути. Как узнали крестьяне Марфино, что купили их на вывоз, умыли землю слезами. Но доля такая подневольная – плачь не плачь, а волю барскую исполняй. Иные и не горевали вовсе, радовались. Особливо те, у которых хозяйство шаткое, кто и северные земли не спешил потом поливать. Хотя поговаривали, что на юге урожаи такие, что во сне не приснится.