Лабиринты памяти

– Я хотел узнать, а почему поместье носит название Аттвуд? Ведь как вы сами рассказывали, здесь жила не одна семья до того, как Джеймс Аттвуд с женой завладели им.

– Это не сложно. Всё потому, что именно Аттвуды дольше всех владели им. Остальные покидали поместье скоропостижно и каждый по своим причинам. Надеюсь, вы сможете обрести здесь желанный покой. К слову, всё готово! Теперь у вас снова есть электричество, а у меня оплата за труды. – улыбаясь сказал мужчина, снимая свою кепку и небрежно проводя одной рукой по волосам, а второй похлопывая себя по карману.

– Да, конечно. Благодарю вас! – произнёс я, протягивая ему деньги. – При чём за экскурс по истории прежних владельцев, ничуть не меньше.

– Да не за что, это ведь всего-навсего прошлое. За него не благодарят, оно было и прошло. Думать нужно всегда только о будущем.

– Ну да, а жить настоящим, – подхватил я, с улыбкой.

– Именно! Вы всё понимаете. Кстати, если будут нужны мои услуги- всегда пожалуйста, я человек не суеверный, в разные городские байки особо не верю, поэтому меня таким не испугать.

Я ещё раз поблагодарил Томаса за оказанную помощь, после чего вызвался проводить его до ворот. Всё это время я думал лишь о том, насколько сильно эта история потрясла меня, и о том, как я расскажу об этом Шерил.

*****

Я жалел о том, что мы были лишены возможности оставить Эйприл с бабушкой и дедушкой. Шерил не общалась со своей семьёй с тех самых пор, как приняла решение выйти за меня. Её родители были весьма обеспеченными людьми и вполне могли оказать материальную помощь нашей семье, но предпочитали этого не делать.

Самым болезненным для Шерил был вопрос нашей дочери: с момента её появления на свет, они ни разу не выразили своего желания увидеть внучку, и даже не знали дня её рождения. А всё это случилось по одной-единственной причине: в своё время Шерил отвергла их пожелание выдать её замуж за «нужного» по их мнению человека. И если раньше их отношения были отстранёнными и холодными, то теперь и вовсе покрылись коркой льда, разбить который было невозможно. Они прекратили всяческое общение с момента нашей свадьбы (на которую, конечно же не явились), и не делали ни малейших попыток что-то изменить. Много раз я предлагал Шерил переступить через свою гордость и написать или позвонить им первой, на что она всегда твёрдо отказывала. И даже когда речь шла о здоровье Эйприл, предпочитала работать без выходных и сутками, но не просить ничего у своей семьи.