Любовь серой мышки

– Да бросай ты к чёртовой матери эту журналистику! Сколько раз говорил тебе об этом! Ты, моя милая, достаточно взрослый человек, а голова твоя забита какими-то детскими иллюзиями о справедливости. Да неужели ты не понимаешь, что сейчас время другое, сейчас все воруют.

Злой и раздражённый на неё, он долго мерил шаги по комнате, выговаривая жене, что она ужас какая не практичная и не современная. Не умеет приспосабливаться к жизни и принимать её такой, какая она есть.

Она слишком романтична и витает в облаках, а это, увы, до добра её не доведёт.

– Ты, Ларка, типичный совок, всё ещё блуждаешь в том времени, которого давно нет, всё ищешь, с кем бы повоевать. А что ты заработала, позволь тебя спросить, кроме неприятностей? Я получаю во много раз больше тебя и стараюсь со всеми, по крайней мере, ладить.

– В отличие от меня, дружок, ты свободный художник, – вздохнула Лариса и перевела разговор на другое.

 – Ты знаешь, вчера мне такой сон страшно неприятный приснился…

– Ну вот, – насмешливо произнёс он, – давай ещё сон будем обсуждать. Ты, как древняя бабка, придаёшь значение каким-то глупым, нелепым снам. – Игорь говорил уже миролюбивым тоном. Он слишком любил свою красавицу-жену, а потому не мог долго на неё сердиться, а когда они ссорились, обычно первым искал пути к примирению.

Через двадцать минут супруги Быстровы сидели на кровати и, крепко обнявшись, уже спокойно беседовали.

Он в который раз уговаривал её расстаться с работой, причиняющей ей одно беспокойство, и полностью посвятить себя детям и, конечно же, ему. Не без гордости втолковывал он ей, что теперь, когда имя его стало более-менее известным хотя бы в их регионе, он способен обеспечить семье если не богатую, то и далеко не бедную жизнь.

– Разве я не купил тебе голубую норковую шубу, о которой ты давно мечтала! И разве не в третий раз мы уже меняем машину! Наконец, ребята наши разве ходят голые, босые! У них даже есть хороший компьютер…

Не успел он закончить эти слова, как из соседней комнаты раздался протяжный рёв, и вот уже четырёхлетняя белоголовая Оксанка, смешно ступая в темноте короткими ножками, семенила к родителям.

Хитрая малышка чётко усвоила простое правило, что в этом доме жаловаться на старшего братишку надо только отцу.