Любовь серой мышки

Он высмеивал художника за то, что тот « с тех пор, как умерла его супруга, находится в творческом застое. Из-под кисти прежде талантливого мастера не выходит ничего серьёзного и стоящего, что могло бы удивить и затронуть душу…»

«Да что этот дилетант смыслит в искусстве!» – кипя от ярости, Игорь скомкал газету. Собственно, он негодовал не только из-за несправедливой оценки его творчества, хотя это его, разумеется, задело за живое, но больше был возмущён тем, что журналист с такой лёгкостью, как о чём-то неоспоримом, утверждал о смерти Ларисы.

Он с ужасом подумал о том, что вдруг эта скандальная статейка ненароком попадётся на глаза его сыну, или кто-нибудь ему покажет газету.

Ведь он всё время неустанно повторял, что их мама жива, просто она в силу сложившихся обстоятельств сейчас находится во временной отлучке и пока не может их навестить, но рано или поздно она обязательно вернётся к ним.

И наивные дети, наверное, верили этой сказке.

Глава шестая

В выходной, как только детвора проснулась и позавтракала, Игорь торжественно провозгласил, что они отправляются на каток.

Когда они, разгоряченные, вернулись с прогулки и поднялись на свой этаж, то увидели на лестничной площадке молоденькую девушку. Она была небольшого роста, с открытым лицом и приятными крупными славянскими чертами. У неё был слегка вздёрнутый носик, что, впрочем, её нисколько не портило, придавая наоборот лицу какой-то задор. Девушка была одета в короткое тёмное пальто, с длинным норковым воротником, светлого цвета.

На голове у незнакомки был такого же цвета, как воротник, берет, в правой руке она держала не то портфель, не то папку. Под мышкой левой руки у неё была толстая книга в ярком переплёте. Видно было, что девушка замёрзла в холодном подъезде, она всё время выбивала монотонную дробь своими скромными чёрными сапожками и поочерёдно дула то на одну, то на другую руку.

– Извините, пожалуйста, – со стеснительной улыбкой на круглом миловидном лице обратилась она к Игорю, когда он, повернувшись к ней спиной, засунул ключ в дверной проём.

 – Это, вероятно, вы писали объявление в газету?

– Объявление? – удивлённо произнёс Быстров, оборачиваясь к незнакомке, – какое объявление? – с недоумением повторил он.

Девушка смущённо опустила свои большие серые глаза, окаймлённые чёрными ресницами, и стала переминаться с ноги на ногу.