Всемирная мораль I. Мир без единства

Будем брать силой, – ответил брат.

– А почему нельзя просто организовать свое правительство там, где стоит наша армия? – спросил я.

– Есть одно но. Единое правительство следит только за взаимоотношениями между странами, но внутри всем управляют лишь местные правительства. Да и они ограничены. Но могут выдвинуть армию против нас. И вряд ли кто-то их остановит, – сказал брат и вышел из здания.

С тех пор он не появлялся в городе. И теперь я его жду с хорошими новостями. Если нет, начнется то, чего я бы не хотел.

И то, чего не ожидают люди, проходящие мимо.

Сидя на скамейке, я размышлял обо всем этом и надеялся на лучшее.

Пока думал, вечерело, а в парке прибавилось народу. Мест на лавочке не осталось, и я встал и прошел дальше по парку. За прудами был конный памятник Джорджу Вашингтону. А через улицу простиралась Коммонвелч-авеню. Аллея шла примерно два километра, или почти полторы мили. А из тоннеля выходило метро со станцией «Кенмор» и простиралось вдоль этой авеню.

Дальше я не пошел, решил вернуться в метро и ехать туда, где находилось Общество.

Все же я люблю вечерний Бостон. Было в нем что-то расслабляющее и успокаивающее нервы, это так необходимо после всех событий, которые произошли с нами.

Я приехал в корпус, когда уже солнце наполовину скрылось за горизонтом. Никто не обратил внимания, что я уходил. Все заняты своими делами. Поэтому я решил пойти спать, чтоб утром съездить куда-то еще.

В восемь часов утра я проснулся, умылся, оделся и снова рванул в сторону метро.

В этот раз доехал до станции «Хеймаркет». Она в центре города, под торговым центром. Выйдя из подземки, я оказался у центральной площади города, где находился «Бостон Сити Холл». Само здание вызывало много споров и в 2008 году было признано одним из самых уродливых в мире. Описать его было сложно. Само оно квадратной формы, но выглядело так, словно сужалось, если посмотреть сверху вниз. Последние три этажа были заставлены множеством окон, между которыми небольшие промежутки. При этом на третьем этаже сверху эти окно доходили до середины здания, потом прерывались и дальше шли два огромных окна, словно это был чей-то нос. Неописуемая архитектура.

На площади тоже стояли солдаты и бронетехника. К мэрии не подойти.

Я решил пойти по Ганновер-стрит. Вдоль нее стоят дома, которые были построены еще во времена войны за независимость. Хотя они не везде сохранились, но все же. При этом было похоже на жилые трех-четырехэтажки Нью-Йорка.