Чёртовы свечи

Когда спустились этажом ниже, то увидели стену вместо дверей. Ровная такая стена и выкрашена той же противной зелёной краской. Я стоял перед стенкой и трогал её рукой, простукивал – натуральная стена.

– Стена, настоящая стена. Этого не может быть.

– Это квартиры уж не может быть, а стена вот есть, – сурово сказала Лариса. – Вот что теперь будет с бабушкой Милой, где она жить будет?

– Да не может этого быть, понимаешь? Есть технический паспорт, документы на квартиру.

– Паспорт есть и документы в кадастре есть, но квартиры нет.

– А что там тогда? Идём на улицу скорее. Посмотрим, есть ли окна.

Мы выбежали на улицу и стали искать окна исчезнувшей квартиры бабушки Милы. Окон не было. Стены остались, и в них зияющая пустота. Пустота была, а квартиры не было.

– Уже хорошо, есть место для квартиры. Только как объяснить, куда она делась? – спросила Лариса.

– А не надо ничего объяснять. Гуляли, пришли, квартиру украли. Пусть полиция ищет. И заявлять надо, не откладывая. Идём в полицию все.

Иначе не поверят. Про свечу молчим, а то нас в психдиспансер отправят. Мы соседи, бабушка Мила соседка. Пришла к нам за помощью. Нет квартиры. Стены остались, окон – нет, двери – нет и имущества тоже. Ну, приключения. Не поверил бы никогда.

– Я сама не верила до конца. Что ж я в свечу-то затолкала, что квартира выпала?

Идти в полицию было необходимо. И решили мы идти завтра поутру. Никто из нас не ожидал от полиции сочувствия, понимания и уж тем более моментальной помощи.

Как моментальной? Детективы, криминалисты, следователи, поиски, следствие – это только в сериалах. В жизни всё без суеты. Как говорил мой знакомый, из казахов: «Из пожарных выгонят, в милицию пойду. Всё равно работать не буду». Такой вот юмор старосоветский.

Ночь бабушка Мила провела у нас. Она переночевала в комнате Лизы. А утром мы, позавтракав впопыхах, отправились в ближайшее отделение полиции.

Мы поднялись по ступенькам крыльца и вошли в помещение. На стульях у стола сидели две женщины и писали что-то, поднимая глаза на стенд с образцами заявлений.

За стеклянным окошком сидел старший лейтенант. Мы обратились к нему, а он перенаправил нас в какой-то кабинет. Мы даже не успели толком ничего объяснить.

– Квартирная кража? 45-й кабинет. Проходите.

И пошли в 45-й. Бабушка Мила шла сзади, впереди шли я и Лариса. «Что говорить? С чего начать?» – мы сомневались. Предыдущие опыты общения с полицией были у нас неудачными.