Христов братец. Русские духовные стихи, легенды и сказки

Плач Адама

Ой, раю мой, раю с рекою медвяной,

Цветом прекрасным, – красой неувядной!» —

Плакал Адам, да каялся Богу,

Плакал, да каялся Спасу-Христу:

«Зачем я, Адам, жены Евы послухал?

Зачем таковую вещу я удумал, —

Плода съесть от древа преслушанья,

Понесть от тебя, Христос, велико наказанье?

Ой, раю мой, раю с рекою медвяной,

Цветом прекрасным, – красой неувядной!»

Плакал Адам, да каялся Богу,

Плакал, да каялся Спасу-Христу:

«Зачем я, Адам, жены Евы послухал?

Зачем таковую вещу я удумал, —

Плода съесть от древа преслушанья,

Понесть от тебя, Христос, велико наказанье?

Тебя, Спаса, лишиться,

С прахом-землей сравниться,

Душой потемниться,

Плотью своей оскверниться?

Ой, раю мой, раю с рекою медвяной,

Цветом прекрасным, – красой неувядной!»

Плакал Адам, да каялся Богу,

Плакал, да каялся Спасу-Христу:

«Зачем я, Адам, жены Евы послухал?

Зачем таковую вещу я удумал:

Плодом райским не насладиться,

Рая пресветлого навек лишиться,

В листья-одежу телом укрыться,

Стыдом схватиться, слезами омыться?

Ой, раю мой, раю с рекою медвяной,

Цветом прекрасным, – красой неувядной!»

Плакал Адам, да каялся Богу,

Плакал, да каялся Спасу-Христу:

«Зачем я, Адам, жены Евы послухал?

Зачем таковую вещу я удумал?

Не светел, не красен день мне земной,

Но грозен, прегрозен день судовой.

Я горюшко людям на свет породил,

Смерть люту, да зло я меж ими вскормил!

Ой, раю мой, раю с рекою медвяной,

Цветом прекрасным, – красой неувядной!»

Плакал Адам, да каялся Богу,

Плакал, да каялся Спасу-Христу:

«Зачем я, Адам, жены Евы послухал?

Ой, горюшко, горе! Ой, раю мой, рай

С цветом прекрасным, – красой неувядной!

Помилуй мя, Боже, помилуй, молю,

Помилуй, Христос мой, Спаситель, Царю!»

Христов братец

Один старик, умирая, завещал своему сыну, чтобы он не забывал нищих.

Вот на Светлый день собрался он в церковь и взял с собой красных яиц христосоваться с нищией братией, хоть и крепко забранилась на него мать, – а была она злая, к бедным немилостивая. В церкви не достало ему одного яйца: оставался еще один срамной нищий, и позвал его парень на дом к себе разговеться. Как увидала мать нищаго, больно осерчала: «Лучше, – говорит, – со псом разговеться, нежели с таким срамным стариком!» – и не стала разговляться. Вот сын со стариком разговелись и пошли отдохнуть. И видит сын: на старике одежонка плохонькая, а крест как жар горит.