День бобра

А может – и не хочу?

***

Утром мы грузим в мою лодку все Дарьино снаряжение и отправляемся вдоль правого южного берега озера ко мне на факторию. Оттуда до моста уже совсем недалеко и мы пройдем туда на ластах. Для съемки мы выбираем вторую опору моста. Она ближе к берегу и не такая высокая. Все видят ее надводную шестиметровую часть и практически никто, и никогда, не видит такую же шестиметровую подводную. Такова уж загадочная природа поверхности водной глади. Не зря это слово женского рода.

Она тщательно прячет от нас свои подводные секреты и только иногда позволяет полюбоваться отражениями нашего надводного мира.

К делу Дарья нужно сказать относится вполне серьезно. И повозиться нам в итоге пришлось. Но меня беспокоит не это. Еще с обеда я замечаю в горах на западе быстро растущую тяжелую сиренево – пепельную тучу. Она уже вовсю громыхает, быстро движется к нам против ветра и начинает сверкать изнутри розоватыми вспышками. Я хорошо знаю, что будет дальше – и нам пора уносить ноги.

Ну, то есть ласты.

Но все развивается слишком быстро. Туча уже над нами. Быстро темнеет, по поверхности воды бежит крупная рябь, и барабанят непривычно крупные капли. Но все это быстро стихает и именно это пугает меня больше всего. Птицы умолкают, куда-то исчезают даже вездесущие комары. Все замирает и готовится к удару. Становится совсем тихо и слышно как в устье реки грызут деревья мои неутомимые бобры. Небо над нами раскалывается с диким грохотом. Мне, слава богу, не приходилось бывать под бомбежкой – но очень похоже.

Удары молний идут уже непрерывно, и от их неонового свечения становится светло. Но не как днем, а как в ночь апокалипсиса. Грохот стоит такой что ничего не слышно, и я даже не пытаюсь кричать, а просто машу Дарье, чтобы она отдавала снаряжение мне и быстрее выскакивала на причал. Ураганный ветер в порывах воет между опор моста, устраивает там дикую шаманскую пляску и моментально разгоняет по озеру приличные метровые волны. Кажется, что он хочет оторвать прибрежные скалы и сбросить их в воду. Холодный дождь хлещет стеной. Конец света.

Рядом с причалом лаборатории есть небольшая каменная яма на дне озера. Метров семь глубиной. Я ныряю туда, а там абсолютный покой, тишина и только слегка покачиваются стебли подводных лилий. Сюр какой-то. Я оставляю все наше хозяйство там как в камере хранения. Ничего. Полежит до утра – никуда не денется.

Выныриваю и вижу, что русалка моя все же запаниковала.