Один билет до Савангули

што мама на улицу вынасила тарелку с пирагАми! там ставила. и кисель! фсё!. кОфе нЕ-была! харашо если был чай!. ф те времена…

…дет мой Вайникка расказывал пра свой рот толька маему дяде Мише. дачирям ничиво. и если-п ни дядя Миша вапще ничиво-бы не-была извесна пра их рот.. я знАла толька што ротствиники ф Переярава. и фсё. и што мама радилась ф Переярава. больше ничиво…»

Там я и не финик, и не чухна, там я русский

…Вайникка, Тёлликкя, Полтояйнен, Саволайнен, Пёлля… Да-да, «что в имени тебе моём?», как сказал наш уважаемый Александр Сергеевич.

По маме я потомок именно тех самых «убогих чухонцев», которые правили свои «бедные челны». Ну насчёт чёлна не знаю, не слышал, хотя… река была раньше в тех местах, откуда моя мама родом. Так что и чёлн, наверное, был, но Пётр, как известно, «назло надменному соседу» заложил Питер и так далее и тому подобное, но в этом случае существенно то, что для своих «водяных потех» он изменил течение рек, и от реки в деревне моей мамы остался лишь жалкий ручей да большой овраг. Вообще, я довольно смутно представляю себе те места, так сказать, с высоты птичьего полёта – ну что делать, я не там родился. Да и вообще жизнь – штука сложная – мама оттуда, отец из Смоленской области, так, наверное, можно сказать, хотя даже не знаю, помнил ли он ранние годы жизни на Смоленщине, если и жил там хоть сколько-то. Ещё до войны они жили из-за работы деда и в Кировской области, и в Архангельской. В конце войны вернулись на Смоленщину, потом направились в Белоруссию, оттуда – в Эстонию, теперь вот отец в Финляндии лежит. К чему это я? Сложно всё, в общем. Я, значит, родился в Советской Эстонии, теперь живу в Финляндии. Куда ещё судьбинушка занесёт? Вот так – финн по маме, русский по отцу. Ну так что ж – вон предка того же Александра Сергеевича при том же Петре откуда-то из Африки в Россию занесло – на сомалийца, надо сказать, он, то есть Александр Сергеевич, весьма смахивал; их тут теперь тьма в Финляндии, сомалийцев, то есть…

Ну не совсем так.

Или совсем не так. Понимать, что моя мама не русская, я стал достаточно поздно. Для ребёнка разве важны эти формальности? Ребёнок воспринимает всё, как должное. Мои финские бабушка с дедушкой и тётя с дядьями всегда говорили с акцентом, кто-то больше, кто-то меньше, а моя русская бабушка вместо «велосипед», говорила: «Ласипед».