Йойк

Жизнь продолжается, потому что рассчитан угол наклона от плоскости,

вращается ось,

но земля оглядывается, когда уходят самые ранимые нежные:

деревья, травы, маленькие подснежники,

до следующей весны, пока в сияющем «Стокманне» не растает последний лосось.

«становлюсь изысканной, иссиня тонкой…»

В.Ц.

становлюсь изысканной, иссиня тонкой,

ноготком непроросшего в марте ребёнка,

подснежниковыми глазами смотрю в небо,

голубей в Риме забыла покормить хлебом,

через месяц в Хельсинки стану совсем синей,

мои вены расположены на всём теле красиво,

это такой узор, такой пазл, такой поворот боком,

это как долгий мысленный разговор с Господом Богом.

спроси по полной с меня – отвечу,

если дыхания не хватит, что-нибудь промычу,

ты молчишь, улыбаешься, но не в открытую, незаметно,

просто по-доброму, прямо в голове, улыбаешься так, чуть-чуть.

«морозный воздух – дыхание Бога…»

морозный воздух – дыхание Бога,

белеет хруст шагов-косточек,

упавшая с неба прямая дорога,

оказывается, мой позвоночник.

зима, сегодня целуй меня смело,

ты, безупречно чистая, ледяная,

крупная дрожь, танцующее белое тело,

зимой любая дорога прямая.

хотите и вам покажу дорогу,

самую лучшую, похожую на Млечный Путь,

хотите расскажу, что можно пожелать Богу,

перед тем, как лечь и уснуть.

хотите научу благодарить за кусок хлеба,

за стакан воды, за прожитый час,

так просто достать руками до неба,

попробуйте, это может любой из нас.

зимой отчётливо слышно, как звенит позвоночник,

так зарождается жизнь в океане смерти,

в самом начале мира волна, среди многих прочих,

поднимается общей силой к белой небесной тверди.

«Утром вставать, пить чай, идти, куда и зачем…»

mari boine

Утром вставать, пить чай, идти, куда и зачем,

чувствуя кожей кокон накинутого тепла,

перебирая льдинки выдохнуть насовсем

и прошептать осторожно – белый, любить, земля.

Днём переделать важных событий цепь,

соединить все звенья до трёхчасового угла,

но голову запрокинув, увидеть небесную степь

с перекати-облаками – и, белый, любить, земля.

«Как мы теряем звук, так мы теряем жемчуг…»

Быть голосом, которым не поют…

    Александр Кабанов

Как мы теряем звук, так мы теряем жемчуг,

как в глубину метро уходит тихий лес,

инейность роз и снега белый венчик

всё также падают на верблюжат с небес.