Настя и кроличья лапка / Остров / Мазок. Три повести

Пойманный врасплох Юрчик замер на пороге.

– Спишь?

Глупее вопроса придумать было нельзя. Он стоял в носках, в джинсах с высоко подвернутыми штанинами, в какой-то дурацкой, темно-синей спортивной кофте на «молнии» и щурился одним глазом, словно заранее ожидая, что в него вот-вот чем-нибудь нехорошим кинут. Тапком. Подушкой. Словом.

Горло у Насти, наконец, согласилось выпустить воздух из легких.

– Нет, – выдохнула она.

Юрчик кивнул.

– А я тут это…

Он протянул прозрачный целлофановый кулек, полный цветных бумажек.

При неуверенном свете ночника и дымном сиянии из окна Настя не сразу опознала в бумажках денежные купюры. Купюр было много. Были они разные. Может, тысяч на десять. Или на двадцать.

– Откуда? – спросила Настя.

– Да там… – Юрчик шевельнул плечом, не желая вдаваться в подробности. – Это не важно. Насть, я же это нам… тебе.

– Они чьи?

– Мои.

– Ворованные?

Юрчик посмотрел на кулек и фыркнул.

– Насть, ну, ты, блин, совсем! Ворованные, они бы в банковской опечатке были.

А тут семнадцать тысяч всего. Семнадцать тысяч семьсот сорок рублей. Это так, должок мне вернули.

Настя подобрала с пола телефон.

– А позвонить?

Юрчик сделал шажок к дивану.

– Насть, ну, там непростое дело-то было, – заговорил он, оправдываясь. – Человек тоже, знаешь, пуганый. Не мог я при нем звонить. В область ездил.

– В Грачево свое?

– Ну!

Еще один маленький шажок – и кулек закачался у Насти перед глазами.

– Семнадцать тысяч?

– Ну! Я в долг давал под проценты.

– А предупредить ты мог?

Юрчик сел рядом, уложил кулек Насте на колени.

– Да там ситуация сложилась… – забухтел он.

Настя замахнулась телефоном.

– Сейчас как дам – ситуацию!

Юрчик снова прищурил глаз.

– Давай!

Потом ткнулся носом в челюсть, в щеку и одновременно запустил пронырливую руку между диваном и напряженной Настиной спиной.

– Я переживаю, – сказала Настя.

– Блин, понятно.

Юрчик притянул женщину к себе.

– Просто предупреди.

– Так один раз всего.

– А вдруг…

Настя не договорила, потому что Юрчик стал целоваться.

Спортивная кофта сползла с него сама собой, клацнул ремень на поясе, освобождая ход джинсам. Взлетел сигнальной ракетой носок. Насте было проще. Халатик на три пуговицы, под халатиком – ничего.

– Утро уже, – выдохнула Настя, подаваясь под пальцами Юрчика.

– Ага, – кивнул Юрчик. – Самое время.

От него пахло потом и сырым, лежалым сеном. Кулек с деньгами упал, купюры с шелестом разлетелись по полу.