Период четвёртый. Сельские студенты (производство)

Вдруг дверь кабинета резко открылась, на пороге показался полный, лысый мужчина в очках и обернувшись назад, громко выкрикнул:

– А придётся!

Резко закрыл за собою дверь и остановился, вытирая тыльной стороной ладони вспотевший лоб. Я робко спросил у него:

– Вы не Кривоклякин?

– Слава Богу нет. Царёк на месте. Если к нему можешь заходить, только предупреждаю – он сейчас сердитый как собака. Можешь нарваться.

– Я по направлению.

– В парии не состоишь?

– Так я молодой ещё.

– В наше время и молодые успевали заслужить право вступления в партию.

Ну, ты заходи, не бойся. Это он со своими свирепый, а на новых, не должен кидаться.

Постучав в дверь, не услышал ответа. Через минуту несмело приоткрыл дверь, заранее держа в руке листочек с направлением. За перегородкой наклонив голову к бумагам, сидел средних лет мужчина с пышной кудрявой шевелюрой. Мельком взглянув на меня, он опять опустил глаза к документам. Стоя у порога я сообщил:

– Человек, который вышел от Вас сказал, что Вы сердитый сейчас.

Может мне попозже зайти?

– Во. Такие они райкомовские и есть. Сначала допекут, а потом ещё и народ науськивают. Думают, что если они главнее, то могут творить что захотят. Но здесь у них ничего не прорежет. Закон есть закон. Его и райком и колхозник должны одинаково соблюдать, – возбуждённо и громко выпалил Кривоклякин.

– Так я наверно пока погуляю, а как Вы закончите дела зайду.

– Дел мне хватает на каждый день с утра и до вечера, а тут ещё эти со своими указками.

Ты с чем пожаловал?

– Я из Верхнеозёрского техникума получил диплом агронома. Направили с апреля в Кантемировский район. Приехал узнать в какой меня колхоз определят.

– Постой, постой. У нас же все агрономические вакансии закрыты. Почему тебя к нам распределили не пойму даже.

Тут я совсем сдрейфил. Подумал, что следовало послушаться лысого и не заходить в кадры пока у Кривоклякина настроение не улучшится. А так он сейчас наверно может меня обратно в техникум направить за новым направлением совсем в другой район.

Успел даже подумать, что в техникумовской комиссии меня просто пожалели, учитывая военкоматское заключение о тяжёлом семейном положении, и выдали направление в район по месту жительства. А из района заявки наверно и не было совсем. Сомнения усилились, когда хозяин кабинета достал какую-то папку и стал листать в ней страницы, негромко приговаривая:

– Ну вот, никаких таких потребностей у меня не обозначено. Ничего не понимаю.