Белый шиповник

Во время дискотеки мы разговариваем. Она расспрашивает меня обо всем. Я рассказываю. Я впервые рассказываю о своем детстве, братьях, маме. О мечтах детских и о мечтах нынешних. О музыке, которую люблю слушать. Я ходил в Питере на рок-оперу «Юнона и Авось». Все песни из этой оперы врезались мне в память. Но никто из моих знакомых не слышал её. И обсудить её не с кем. А девочка из Каменки поёт мне:

– Белый шиповник, дикий шиповник

– Краше садовых роз.

– Белую ветку юный любовник

– Графской жене принёс.

– Белый шиповник, страсти виновник,

– Он ей, смеясь, отдал.

– Листья упали на подоконник.

– На пол упала шаль.

– Где ты слышала эту песню? – удивляюсь я.

– На уроке музыки. Учительница ставила пластинку – отвечает моя принцесса. Она школьница. Боги небесные! Восьмой класс закончила. Все экзамены сдала на пятерки. Я смотрю на нее, и голова кружится от сильного чувства. Она еще такой ребенок. Совсем дитё. А внешне выглядит как взрослая девушка.

– Для любви не названа цена.

– Лишь только жизнь одна,

– Жизнь одна, жизнь одна – пою и обнимаю её, поднимаю как ребенка вверх. Она смеется.

Звучит медленный вальс. Я приглашаю её на танец. В танце вдыхаю аромат её волос и понимаю, какое испытание мне предстоит. Я мужчина. Она девочка. Желание обладать ею надо запрятать далеко и надолго. Года на три.

Обратно едем уже свободнее. Сашка остался дома. Везу всех я. Таня со мной. Как я и обещал. Боже мой. Лучше бы я не давал этого обещания. Она сидит передо мной, практически на баке.

Юбка вынужденно задралась настолько. Что я вижу только её ноги. Я же должен смотреть на дорогу. Майн гот!

Таня.

Зачем я села перед ним. В юбке на мотоцикле лучше не ездить. Это очень неприлично. Но Ваня такой деликатный. Все отводит глаза в сторону. Он довез нас всех до клуба. И пошел меня провожать. Как же с ним легко и свободно. Как будто знаю давно. Он очень умный и интересный. Учился в военном инженерно-техническом университете в Петербурге.

Работает на Байконуре. Старше меня на девять лет. Мне так радостно, что я нравлюсь такому взрослому, умному мужчине.

Мне спокойно и весело. Было. Пока он не выдохнул мне на прощание с какой-то непонятной мне силой: «Спокойной ночи, моя богиня». И прожег насквозь взглядом.

Вот и спи спокойно после этого. Вся извертелась, но так и не заснула. Слова его и тревожили, и ранили, и ласкали.

Легла спать ребенком. А встала утром влюбленной девушкой.