Планета сломанных душ

С подхрюкиванием и подвизгиванием, с утиранием слез, с болью в брюшине и в щеках. Немного успокоившись, он начинал постанывать: «Ооо… не могу больше. Мамочки… Ооо…» Но потом, вспомнив мужика, принимался ржать снова.

Обессиленный он повалился на диван и вдруг сквозь собственные взрывы смеха, «услышал» мысли соседки – бабы Маши, подслушивавшей его через стену и в страхе беспрестанно осенявшей себя крестным знамением: «Батюшки святы! Батюшки святы! Совсем умом сдвинулся видать! Если бы телевизор смотрел, так слышно было бы.

Я вот на Петросяна всегда смеюся… Може, конечно, книжку каку смешну читает… А то кашлял недавно… Ах! Вот чё! Он…обкурился наверно. Никаноровна тадысь говаривала, у нее внук покурил чегой-то, траву какую-то что ли… Тоже ржал битай час, не мог угомониться. Ой-ой! Жалось-то какая! Хороший ведь парень был. Семья. А тут, значит, с Викой разошелся и пошел под откос. Ой-ой! Вот жись-то пошла!»

У Артема случился очередной приступ ржача. Прервать его смог только звонок в дверь. На пороге стояла та самая баба Маша, которая не смогла устоять пред искушением и не найти ответ на вопрос: читал он или все-таки курил, можно доверять человеку или окончательно списать его в неблагонадежные?

– Здравствуй, Тёмочка.

Я вот чего к тебе… – запела она наисладчайшим голосочком, одновременно едва заметно поводя носом и забегая маленькими любопытными глазками ему за спину.

«Ничем не пахнет вроде как… – слышал Артем ее мысли. – Но книжки никакой тоже чёй-то не видать.»

– Ты ведь у нас в технике-то разбираться умеешь?

– В технике? – он с трудом давил рвущийся наружу ржак.

 – У вас что – мотоцикл? – тут он все-таки разразился сотрясающим стены смехом, выгнувшись сначала назад, потом резко согнувшись вперед пополам, когда представил бабу Машу верхом на Харлее в косухе и рокерской бандане с сигаретой в зубах.

– Простите… – с трудом взял себя в руки, в прямом смысле скрестив их на груди, усилием воли опуская подергивающиеся приступообразно плечи и тщетно пытаясь свести губы вместе.

– Да ничего, ничего… – смотрела она на него испытующе и слегка испуганно, – Какой же мотоцикл? Нету у меня никакого мотоцикла… Я вот к тебе чего – телевизор у меня барахлит. – Она уже жалела, что сунулась в пекло, но отступать было уже поздно. – Не посмотришь?

– Телевизор? Пойдемте, посмотрим. – Он энергичным шагом направился к ней в квартиру. – Какие симптомы?

– Симптомы? – с трудом поспевала за ним и мыслью, и ногами баба Маша.