Танец дыма

Моя подруга достала из рюкзака початую бутылку Кьянти и сделала затяжной глоток.

– Дааа! – донеслось из смежного помещения.

Наши выиграли. Я представила, как в одном моём любимом заведении бармен забил стаканом в колокол, прямо в эту секунду все победно закричали – я невольно улыбнулась. Мне никуда не хотелось идти – нравился ковёр и помещение, где вдруг удалось спрятаться от всеобщего ажиотажа.

Вчера днём я решила поспать. Меня разбудили крики детишек во дворе. Все говорили на французском. Они ругались, выясняли отношения и делали это вполне серьёзно.

Тем же вечером в любимом месте мы встретились с архитектором-червячком, его первая фраза, адресованная нам, была:

– Как они меня все достали! Как они все нескончаемо орут!

Наш старичок жил на Жуковского. Кондиционера дома не было, приходилось в такую жару держать окна нараспашку, так что по ночам по стенам квартиры архитектора бегали трусцой латиноамериканские мотивы, что очевидно не очень-то нравилось дедуле.

– Что я могу сделать? Только водки выпить, – он осушил мгновенно стопку.

Непоколебимый.

Дальше весь вечер он доканывал аргентинцев. В конце компания решила сфотографироваться с экстравагантным дедулей. Наш архитектор отрывался так каждый день. Где он? Среди туристов спрятался. Не волнуйтесь. Ему нужно болтать – он болтает.

А вот мы с моими друзьями сидели где-то на Малой Садовой и пили кофе с шоколадом. Играли Корея и Мексика. Петя смотрел на людей:

– Ну хоть стали походить на нормальный европейский город.

Периодически доносятся дорогие ароматы… Надо привыкать жить в таком Петербурге. Может, иностранцам понравится Россия и они будут чаще наведываться сюда.

Или вот очередной салют в голове. Вчера вечером ехала в автобусе с делегацией из Японии. Ребята настаивали на том, что проезд везде бесплатный во время чемпионата.

– Мы только что из метро – никто с нас денег не просил, – заявил один из них обиженно нашему кондуктору. На женщине красовался тюрбан из тёмно-зелёной атласной ткани.

Посередине был приклеен большой камень.

– Я вам ещё раз объясняю. Для этого ходят специальные маршруты, у них есть свой номер, туда нужно было садиться. И то вас пустят при предъявлении паспорта болельщика и билета. Выходите на следующей.

– Вот, – обратилась ко мне вдруг худощавая женщина с огромной татуировкой на ноге. Я присмотрелась: иероглиф. – А потом про нас в новостях будут показывать, что мы неадекватные, спорим из-за каких-то автобусов.