Невинный семейный бизнес. Мелодрама с острыми краями

– И вот что интересно! – повар твой спит и не знает, что двое почти в масках на его рабочем месте решают, как же он умрёт!

Сергей улыбнулся.

– И не потому что его спагетти папе не нравится, – продолжал сказку Алексей Давыдович, внимательно следя за лицом собеседника. – А потому что мы решили: мы сейчас – боги. Ему видится во сне родной Париж и какая-нибудь Иветта, которая, конечно же, вовсе и не жена, а мы смотрим на его рабочее место и думаем, что вот это, – Алексей Давыдович одним пальцем включил электрическую мясорубку, – могло бы с лёгкостью удалить ему палец или даже всю руку – ну при правильной настройке! А вот это, – он взял в руку бутылку с уксусом, – может оказаться не укусом, а соляной кислотой.

 – Алексей Давыдович поставил бутылку на место и улыбнулся. – Но что бы мы здесь ни придумали, адрес мы оставляем сразу: если это случилось здесь, значит, наш дорогой Серёжа будет долго давать показания.

– А вот это почему это?

– А потому что – колбаса! – И Алексей Давыдович констатировал с явным неудовольствием: – Ты дурнее, чем я думал.

 – Он выжидающе уставился на Сергея. – Ну?! Удиви меня.

– А почему я должен вас удивлять? – неприязненно спросил тот.

– Потому что тебе этого уже десять минут как хочется. Ну! Включи воображение.

И он принялся опутывать натренированного глупого бандерлога своими словами, вкрадчивыми и такими выпуклыми, что казалось, не речь это, не звуки голоса, а самое настоящее кино, главным действующим лицом которого является он, Сергей.

– Он здесь один. Ты же его выписал из Франции на солидное жалованье. Значит, ему выгодней семейство оставить дома. Во-первых, трат меньше. Во-вторых, свободы больше. И в гостинице он жить не будет, потому что он не в командировку приехал и потому что наш Серёжа считать умеет. Значит, живёт на съёмной квартире. Один живёт?

И Сергея, наконец, включило. По-настоящему включило. Он тоже снял пиджак.

Разлил коньяк по бокалам, поставил пепельницу перед Алексеем Давыдовичем.

– Я не думаю, что один. Скорее всего, кого-то приводит – ну так, временами. И всегда разных. А если и живёт аскетом, то это, простите, не имеет значения – в нашем случае. Потому что шерше ля фам – это никогда и ни для кого не проблема. А если женщина может иметь место, то почему она должна быть хорошей?

Алексей Давыдович хлебнул коньяка и довольно кивнул.