Хаос слова

«Задёрнут занавес…»

…Вот наступила тишина,

И день закончен, ночь пришла,

Задёрнут занавес на сцене,

Где тень влюблённая легла

Пером потерянным с крыла

В судьбу непрожитых мгновений;

Там в свете рампы я стою,

Пустой партер в стихах молю,

Чтоб отпустили за кулисы

На растерзанье воронью,

Где кровь души своей пролью

В ладонь отравленной актрисы,

На чью могилу все цветы,

Но просто так, для красоты,

И для своих корыстных целей;

Всё создано из пустоты:

Любое «я», любое «ты»

Туманом липких убеждений;

В любой момент могу уйти,

Но очень хочется найти

Глаза блестящие в партере,

Условность сцены обойти,

И в образ образа войти,

Чтоб передать ему потери;

А самому уйти лишь с той,

Кто будет яркою звездой

Гореть на чистом небосклоне,

И я пред этой чистотой

Склонюсь усталой головой

В просящем милости поклоне;

Моей щеки коснётся длань,

А я промолвлю: «Не порань,

С меня довольно откровений!»;

Она мне скажет: «Перестань,

С колен своих скорее встань,

Ведь это ты стоял на сцене;

Где, разрывая тишину,

Ты принимал грехов вину,

И облегчал людей страданья;

Так почему же, не пойму,

Нырять готов на глубину

С высот лазурных мирозданья?», —

На что я только улыбнусь,

И что есть силы оттолкнусь,

Хоть и не подобает тени,

Пером подхваченным помчусь:

Наверно сплю, быть может, снюсь, —

Задёрнут занавес на сцене…

«Вглядываясь…»

Вглядываясь в чёрный кафель,

В отраженье своих глаз,

В шоколад блестящих вафель

И хрусталь разбитых ваз

Ты увидишь только лица

Отраженья своего.

Может даже так случиться:

Не увидишь ничего!

«Подлюка»

Бывает, что стоишь пред дверью рая,

Но эта дверь какая-то другая,

Похожая на адские ворота

Из-за которых в щёлку смотрит кто-то:

Внимательно рассматривая, дышит,

И притворяясь будто плохо слышит,

Читает твои мысли без запинки,

Листая также памяти картинки.

«Мертвец»

Не стоит связываться с тем,

Кто насквозь пропитался кровью,

Кто до молекул сгнил совсем,

Мешает ненависть с любовью.

Чьи вены жжёт холодный яд,

Чьё сердце боль в себе лелеет,

Всю вечность повернул назад,

И жить ещё в пространстве смеет.

Кто словно зебра в пасти льва,

Гигантская змея в засаде, —

Подумаешь сперва «жратва»,

А он из пасти снова в стаде.