Круг житейской пляски

Жалит живность и людей

Гнус – разбойник и злодей.

В городе и крик, и стон,

Хоть комар не скорпион,

Но всех жалит, кровь сосёт.

Горожан же кто спасёт?

Доктор Боль во граде служит,

На работе он не тужит

И идут к нему, лечится,

Всяк, как в сказках говорится.

Где же, где же доктор Боль?

Комарья и гнуса сколь.

Помогите доктор всем,

Закусают нас совсем.

Доктор Боль услышал крики,

Появились и улики

У детишек на щеках,

А в глазах и боль, и страх.

Доктор Боль в шкаф заглянул,

Руку к полке протянул,

Взял баллонон с биркой «Яд».

– Гнусу мы устроим – ад.

«Ред» – убийца мух и мошек,

Чтоб не жалили бы крошек,

Взрослых дядей и зверей».

Сам на улицу – скорей

Выбегает в центр тучи,

И рукой своей могучей,

Тот баллончик открывает,

На пружинку нажимает,

И опрыскал комарьё.

Ой, ой, ой, ой, ёёё!..

Мошки падают, как – град,

Комарью настал уж ад.

Туча стала убывать,

А затем и удирать.

Вновь над городом светло,

Солнце греет, всем тепло.

А на улице веселье,

Доктор Боль для нас – спасение!!!

Гнуса, мошек уничтожил,

Славу, Боля преумножил.

Комары ж, да гнусы, мразь,

В лес дремучий подалась.

Слаб-комар умнее был,

Он на город не ходил.

Он теперь у них мудрец,

Вот и сказочке конец.

«Велика столица, братцы…»

Велика столица, братцы,

Мне б в Жулебино добраться.

Все с трибун нам обещали,

Клятву даже нам давали,

Что, в Жулебино метро

Будет, всё ж, проведено.

Год за годом время мчится,

Расширяется столица,

А народу ещё хуже,

Вход в автобус стал уж уже.

Интервалы, ожидания,

Власти нет у оправдания.

Сами в джипах, мерседесах,

Болтовня лишь об успехах.

«Взгляд женский в зеркало попал…»

Взгляд женский в зеркало попал,

Как-будто что-то там искал.

А зазеркалие манит,

Незримо с нею говорит:

«Чей образ, взгляд и очертанья»?

В нём опыт жизни, обояние.

За хладом блеска и стекла,

Как-будто не она жила.

Черты похожи и причёска,

Но присмотревшись лишь немножко,

Поймёшь, что женщина – двойник,

И взор её уже привык

Тебе напутствие давать,

Чтоб жизнь в реалии познать.

Ведь в детстве там жила девчонка,

В расцвете сил была бабёнка.

Теперь лишь мудрость, обаяние.

Уже не прежние желания,

А прозорливый взгляд пронзает,

И жизнь в движение понимает.

От времени седая прядь,

И озорства уж не понять.