Последний Агонь. Роман о жизни в лабиринтах семьи и офиса. Книга 2. Квадривиум

Действительно, вчера почувствовал некоторое давление обстоятельств. Получилось, что закончил дела по работе только в 19:30. На эндланский осталось полчаса. Впрочем, даже полчаса – неплохое начало.

Как бы вторя этой мысли («сначала платить себе») – вчера вечером Ya’ сказала:

– Нафига ты допоздна сидишь на работе? Нет смысла рвать попу, как ты это делал в Ша’н’аане и «Кредо?»… ЗП тебе за это все равно не повысят.

Наше понимание ситуации во многом одинаково, но есть разница. Разница, как всегда, – в нюансах… Ya’ имеет в виду, что нет смысла задерживаться на работе, потому что «все равно не оценят и зарплату не прибавят».

– Руководитель работает не на отработку оплаченных часов, а на результат.

И ещё – работа в поздние часы – это возможность уделить немного времени саморазвитию. Дома это совершенно невозможно.

…

Вечером, вернувшись с работы, сказал Ya’:

– Звонил хозяину квартиры. Сказал ему, что будем продлевать аренду еще на год,

– Он спросил почему? – спросила Ya’.

– Нет, не спрашивал… Он и так знает, что ты не хочешь переезжать на Васильевский, поближе к офису.

– Да, Васька мне не нравится, – сказала Ya’.

– Вчера утром пробка на выезде из Приморского района встала уже часов в семь… Прямо, как в Москве. Сегодня, когда возвращался с работы, движение было отнюдь… небыстрым. Показания датчика расхода топлива приближались к отметке 30.

– «Тридцать» чего?

– Литров на сто километров.

– Сорок – сорок пять минут на дорогу с работы домой – не такая уж и проблема.

– Да уж, чтобы выехать c Восточной окраины Москвы, приходилось вставать в пять утра. В этом плане ситуация в Питере – гораздо лучше.

Впрочем, несколько раз сказал (намекнул), что продлевая договор аренды в Приморском районе, удлиняю свое время в пути на работу и обратно. Как бы жертвую своим временем для блага и удобства семьи вообще, и Ya’ – в частности. Малолетним детям, понятно, в таком возврате – все равно.

Вот в этот момент Ya’ и сказала, что не надо рвать попу:

– Просто пораньше выезжай домой. Не сиди там до последнего.

– Эндландцы в восемь утра уже на работе. Мне не стОит от них отрываться.

– А когда они уходят?

Сходу сказал:

– Где-то в семь.

Хотя, на самом деле, в шесть часов никого из эндландцев в офисе уже нет. И получилось, что когда ухожу в районе восьми, – это выглядело, как будто рву попу.