На чужом пиру

– Теперь все… все кончилось… Ну и пусть, пусть! – прошептал он громко т оглянулся по сторонам в испуге, что кто-то услышал его.

Несколько девочек и ребят у окна о чем-то горячо спорили. Среди них была и Бибижан. Музыка заглушала голоса, и расслышать их было невозможно. Видно только было, что спор их всерьез затянулся. Особо горячились ребята, серди которых выделялся Айдар. В привычной своей манере говорить, размахивая руками, он что-то доказывал. Иногда он обращался к Бибижан, но девушку, похоже, не увлекал спор, и она безучастно кивала головой.

– Эх, Бибижан, Бибижан… – всегда, когда он думал о ней, сердце его переполнялось смирением и тихим восторгом. А она не понимает этого. Сейчас, наверняка, она ненавидит его. Конечно же, он виноват. И откуда только ана взялась в тот момент. Словно выслеживала.

– Ну и пусть, пусть! – снова прошептал он, озлобляясь. В эту минуту ему показалось, что он ни в чем не виноват перед ней. Скорее, она…

Нураш продолжал сидеть, пристально вглядываясь в девушку.

Но она даже краем глаза не посмотрела в его сторону.

Танец закончился, и все стали расходиться парами. Кто-то поставил еще одну пластинку. Нет, не новую! Все то же сладкоголосый юноша в который раз затянул свою надоевшую песню. Нураш скривился, словно от зубной боли: «Неужели ничего путного не нашли?!»

– Потанцуем, Ракимжанов?! – чья-то мягкая рука легла на его плечо.

Нураш поднял голову и, увидев Алмагуль, подался за ней.

– Ракимжанов, ты что-то совсем скис, – испытывающе оглядев его, сказала Алмагуль.

Нураш взглянул на нее слегка помутневшими глазами. Она и не думала стесняться. Открыто глядела на него, словно не она вовсе, а какая-то другая девушка целовалась с ним недавно.

Нураш невольно отвел взгляд.

– Да так. Голова что-то…

В это время кто-то снял с диска пластинку.

– Вот это правильно! Молодец!.. – неожиданно повеселев, произнес Нураш.

– Что правильно?

– То, что пластинку сменили, наконец.

– А-а, это…

Зазвучал вальс «Амурские волны», без которого не обходился ни один из школьных вечеров.

Мелодия вальса и в самом деле была прекрасна – с первыми аккордами, эта нежная, влекущая музыка, словно чистый родник, выплескивалась из глубины, и невозможно было устоять перед ее чарующими звуками.

Танцуя, Нураш искоса поглядывал на свою партнершу. Она действительно была очень хороша. Прямой нос, стройная, большие карие глаза, у которых лишь один изъян, что смотрят черезчур открыто.