За тридевятью морями

Мария – с родителями и подругами. А Олег Островский, как всегда, не может удержаться, чтобы не сострить:

– Вот декабристка! Тоже за мужем едет. Одна, помню, такая декабристка, поехала за своим мужем в Сибирь и испортила там ему всю каторгу.

– Дурацкая у тебя шутка, Олег. И совсем не к месту.

– Слушаю и повинуюсь. Исправлюсь. Я ж так. Пошутил.

– Я понимаю, а то бы врезал тебе при всем честном народе.

– Я те врежу!

Рассерженный Олег отходит от Толи оскорбленный и непонятый. Последние объятия, пожелания, и чета Ершовых скрывается за барьером паспортного контроля.

В аэропорту «Шереметьево-2» как всегда столпотворение. Около стеклянной перегородки, отделяющей холл от таможенного контроля, там, где надпись на раздвигающейся двери «Выход» толпятся люди с цветами. У некоторых других встречающих в руках бумажки или таблички. Эти ожидают деловых людей или делегации. Наглые таксисты выискивают, кого бы подвезти. И вот родители Володи и Юля различают в толпе пассажиров своего сына и видят, как он подходит к таможенному посту для досмотра.

За ним идет Мария с сыном на руках. Они еле управляются с грузовыми тележками. Володя тоже ищет взглядом родных среди встречающих и, наконец, их находит. Он успевает радостно махнуть родным рукой и под напором толпы с вещами скрывается за перегородкой.

Столики для досмотра приставлен друг к другу и вытянуты в одну линию, и за каждым из них стоит таможенник. Строгий мужчина в зеленой форме, ничего не спросив у Ершова, ставит штамп на декларации и дает ему знак рукой проходить на выход.

Одновременно с Ершовым досмотр проходят за соседними столиками, справа и слева от Володи, двое по внешнему виду, скорее всего рабочие, то есть специалисты, прилетевшие этим же рейсом с Кубы. У них примерно одинаковая поклажа. И у одного работяги, и у другого на тележках несколько картонных коробок. Обоих досматривают таможенницы. Таможенница спрашивает того рабочего, что стоит справа от Володи:

– Что у Вас в коробках?

– Ракушки, книги, обувь, пластинки.

Так, пожитки разные, – отвечает рабочий.

– А в этой?

– Ботинки.

– Откройте.

Рабочий, замявшись, развязывает коробку, и таможенница видит в ней попугая.

– Медицинский сертификат на птицу есть?

– Не успел оформить.

– Птиц без сертификата провозить нельзя. Берем птицу на двухнедельный карантин.

– Я ж улетаю в другой город. Девушка, милая, я ж не смогу его забрать.

– Все. Свободны.