За тридевятью морями

На лапу давать. И не мало.

– И здесь спекулянты! – всплеснула руками мама.

– А как же?! – Юля невозмутима, – Ты как будто с луны свалились!

– Возьму без очереди белую или желтую. Какая мне разница. Зато сразу за руль и в «Березку»!

– Ура-а-а-а!!! – прыгает Юля, – Урр-а-а-а! – И Юличку нашу приодеть надо. Растет, ведь.

– Завтра, вот, замуж выходит! – шутит Володя, обнимая сестру за плечи.

– Правильно! Юличка, она хорошая, – Юля гладит себя по голове, – Растет, ведь, девочка.

Братцу своему, Вовику, на Кубу часто писала. Не забывала. Ее, ой как, приодеть надо!

– Уймись! Как тебе перед Марией не стыдно-то? Что она о тебе подумает?! – взывает к дочери мать.

– Всем купим. Никого не забудем. И родителям Марии посылку соорудим. Да, Маша?

Мария встает, подходит к мужу и целует его.

– Спасибо, Вовик.

– В «Березке» на Сиреневом бульваре продают технику: телевизоры, магнитофоны, а также ковры, хрусталь. На Ленинском проспекте, на Академической и на Таганке продают одежду.

Приличные очень пальто, платья, брючные костюмы из Франции, Финляндии, Италии.

Юля добавляет:

– А на Кутузовском проспекте – продукты и спиртное. Но только все на бесполосные чеки.

– Ты и это знаешь! – удивляется отец, – А какие еще сертификаты бывают?

– Есть чеки с синей полосой, – Юля загибает пальцы на руке, – Их получают те, кто работал в Польше, ГДР, в Монголии. А бесполосные чеки или сертификаты-это для дипломатов, иностранцев и для тех, кто был в капстранах.

На них, как на валюту, можно купить все, что захочешь. Но и наши чеки, с желтой полосой, тоже котируются!

– Не наши, а Володины и Марии. На чужой каравай рот не разевай, – отец щелкает назидательно дочь по носу.

Владимир после посещения Генерального штаба СССР идет к троллейбусной остановке и наблюдает картину, как на автостоянке, недалеко от выхода из ресторана «Прага» стоит черная «Волга-ГАЗ-21», правая задняя дверца которой открыта, и из нее высунута нога в генеральской форме с лампасами.

На тротуаре лейтенант в военной форме тянет к машине за руку упирающуюся и плачущую девушку лет двадцати пяти. Видно, что девка сильно пьяна.

– Пошли! Пошли! Хватит ломаться! Мы ж договорились!

– Пустите меня! Я с вами не поеду!

Лейтенант отпускает девку, подбегает к машине и что-то говорит генералу.