Тени Петербурга. Стихи о городе

Кашель с насморком неизменны,

Как и сырость внутри дворцов.

Тут замена смеху – улыбки,

и всегда говорят на «вы»,

и не смоешь свои ошибки

ледяною водой Невы.

Если вас огорчил – простите!

Это приступ моей хандры.

Все, что я рассказал про Питер,

Позабудьте, будьте добры!

Коренное Ленинградское

Говорю как о награде

(комментарии не нужны):

я родился в Ленинграде —

в лучшем городе страны!

В невском городе-ковчеге

нереальной красоты.

По одной из привилегий

с Ленинградом я на «ты».

И частенько спозаранку

прогуляться выйти рад.

Видел города изнанку,

знаю города фасад.

Плавал я в его каналах,

ставил сфинксов на дыбы,

обнимал (а их немало)

все фонарные столбы.

Прыгал с набережных в реку,

меж Казанского колонн

отказался с человеком

пить тройной одеколон.

В полдень я палил из пушки,

не жалея средств и сил.

На Дворцовой пел частушки,

сетью корюшку ловил.

Рыб прикармливал попкорном.

С оборота головы

меня слушались покорно

даже каменные львы.

Я в метро спускался чрево

и на шпили лазил ввысь.

Помню, пивом с подогревом

угощал мышей и крыс.

Пожинал поэта лавры,

разводил, сводил мосты.

В Александро-Невской лавре

записался в монастырь.

Ездил с кучей пересадок,

принимал фонтанов душ,

шавермой кормил лошадок,

голубей поил из луж.

Град величия и азарта

остро чувствую нутром.

С Пушкиным играю в карты,

трубочку курю с Петром.

Эрмитажу я – не всякий,

а, практически, родной.

И зовет меня Исаакий

влезть на купол в выходной.

Я знаком с архитектурой.

В прошлом – университет.

Мне в саду порой скульптуры

назначают тет-а-тет.

Этот город в моем вкусе,

я бывал и тут и там.

Иногда вожу экскурсии

по довлатовским местам.

Город стал мне добрым другом,

мной с рождения любим.

Пусть зовется Петербургом,

Ленинград – неистребим.

Мой Питер

Обожаю милый Питер!

Я об Питер ноги вытер.

Нет, вернее, я их стер.

Он ухабливо остер,

он ступенчато неровен,

полон он Невозной крови,

кровельно и крышно ржав,

стенокаменно шершав.

Он слезливо-дождетворен,

озаборенно-соборен,

он кладбищенски осклепен

и скульптурно-барельефен,

палисадно-садовит

и фатально се ля вит.