Школьное окно

Как же я хочу туда! Скоро кончится зима, придет весна, будет июль, и я поеду в наш пионерский лагерь! С друзьями дзюдоистами. Вот там точно огромный еловый и сосновый бор…

– Копытов! Ты где летаешь? Расскажи нам, как строится парабола!

– Давайте, попробую…

Встаю, подхожу к доске. Какие-то отрывочные знания, которые успели проникнуть в меня помимо моей воли, всплывают, и я выстраиваю параболу. Отряхиваю руки от мела и сажусь на свое место, около окна.

– Выкрутился, – раздраженно бубнит Серафа, – я же видела, что не слушаешь, в окно пялишься.

Вот кто так пялится, глазами, будто в душу всматривается? Лучезарно и пристально! Прямо внутрь меня!? Зачем?

О, это новенькая девочка – Лена Старикова. С сентября восьмого класса у нас учится. А сейчас уже март… нет ещё февраль и зима… Очень красивая девочка, почти отличница. Говорят, что художница…

Странно, но у нас уже есть настоящая русская красавца – Лена Старостина. Русая коса до по… пояса, чистые голубые глаза… И фамилии очень похожие, и имена одинаковые, а красивые они по разному, и характеры разные.

За Старостиной бегали все мальчишки, но она предпочитает кого-то из старших классов. Но я, по наивности своей неуклюжей, попытался влезть в этот караван, однако получил линейкой по шее за то, что схватил её за попу… или за грудь… не помню точно! Пытаюсь вспомнить ощущение в руке… Не визуализируется, но я именно таким способом пытался поухаживать и показать свою нежность.

Мы потом со Старостиной коротенько поговорили, но мирно, я матерно, она литературно, но как-то очень не содержательно.

За Стариковой, конечно же, тоже бегали толпой ухажеры из разных классов. Но я уже не пытался встроиться в эту колонну, памятуя о сложностях подстройки, понимая бессмысленность своих действий. Девочка явно была перегружена вниманием мальчишек, а я боялся влюбиться по серьёзному, помня какую боль и опустошение это приносит…

Вот зачем она смотрит так, заигрывает, или на совесть давит? Неделю назад поцапались с ней.

В чем её красота? Так и не объяснишь сразу!

Римский профиль, тонкий носик с лёгкой горбинкой. Всё искусной работы Огюста Родена.

Огромные синие глазища с какой-то поволокой, но они светятся, словно только что наплакалась от счастья, и от этого через слезный родничок синева неба струится.