Океан любви

Он целовал ее тело, от пальцев ног медленно продвигаясь вверх. Когда дошел до губ, остановился, ласковым взглядом любуясь ими, а потом одарил жарким своим поцелуем эти трепетные губы, которые дрожали, предвкушая счастье. И оно произошло. Их тела слились в единое целое, как до этого момента были единым целым их души.

Верх сказочного блаженства! Фейерверк любви! Они наслаждались друг другом и ощущали то самое счастье, которое пришло сейчас и не уйдет уже никогда, как им казалось.

***

Люба проснулась утором и обнаружила, что рядом нет того дарителя счастья и принялась громко плакать.

– Что случилось моя дорогая! Хочешь организовать потоп? Я уже увидела, как капает вода с потолка, когда была в низу. Подумала наводнение и ты кричишь.

Люба перестала рыдать и вытаращила в недоумении глаза на Раису.

– Ну что ты испугалась? Я шучу. Объясни мне, что с тобой.

– Где он? Он только что был со мной! Опять я буду одна, без него? Так трудно, понимае-е-ешь? – и она опять заплакала, как ребенок.

– Да что же это такое, до вечера не доживёшь что ли? Мы с тобой погуляем, картину свою дорисуешь….. Найдем, чем заняться. Все разошлись по делам, кто в сад, кто на завод. Я одна пока по дому хлопочу. А Васька твой вечером будет, вот и записка.

Она подала записку, взяв ее с комода. Бумага лежала рядом с той свечой, которая продолжала гореть.

– Свечи-то тушить надо, так и до пожара недалеко, – ворчала женщина и затушила свечу.

– Простите меня, Раиса Васильевна, – сказала Люба, прижимая листок бумаги к груди, и показывая всем видом, что хочет остаться наедине с этим посланием.

– Мы уже позавтракали. Тебе принести завтрак сюда?

– Нет, спасибо. Я буду только чай, позже спущусь вниз. Еще раз простите меня! Пожалуйста.

– Дай хоть тебя поцелую и поздравлю заодно, – женщина наклонилась к девушке

– С чем это? – отклоняясь, спросила Люба.

– Вечером все узнаешь, – сказала Раиса и крепко обняла Любашу.

Раиса Васильевна удалилась, оставив девушку в недоумении и с заветной запиской наедине. Люба осторожно отняла листок от груди и принялась читать: «Любимая моя, Березушка! Я долго любовался твоей чистой красотой ранним утром. Не смог потревожить твой упоительный сон. Прости! Очень надо быть в городе сегодня. Я вечером приеду, а сейчас лови мои воздушные поцелуи, они здесь в комнате.