Снова стать маленькой

война, как обычно, заканчивается ничьей,

вера лишается верных своих столпов,

девочки отращивают волосы до плечей,

надеючись на любовь.

жизнь произвольно решает, в кого стрелять,

кому побольнее поддать под дых,

я почему-то оказываюсь этим кем-то опять,

и боль укладывается в стих.

я, как всегда, не в силах ей дать отпор,

только руки – в кулак: «давай в этот раз

без канители, стреляй в упор,

в левый косящий глаз».

Самой себе прошедших лет

мысли сходят с привычных рельс,

щебечут соловьями в голове раздувшейся,

становится видно, что вся прелесть

жизни скоплена в осклабившейся кондукторше,

и фонари не газовые, но электрические,

и все фонарщики потеряли свою работу,

так и я выплываю из ямы своих привычек…

пережить бы пятницу да субботу,

в воскресенье – известно: всегда хреново,

да и понедельник облегчения не приносит.

я делаю шаг, чтобы сделаться новой,

спотыкаюсь. оказывается – осень.

порошит дороги листвой опавшей,

красит все соразмерно своим желаньям,

будь серьезнее, ешь на завтрак кашу,

не скучай по мне.

Кто против нас

дымно в городе, льётся дым через окна,

погружённая в вечность, машет хвостом сорока,

ель колышется, щекочет небо ветвями,

мы сидим в тишине, и тишина – с нами.

пусто в городе, и пустота хлещет

крупными каплями, стекающими на плечи,

дверь скрипит, подгоняемая ветрами,

мы сидим у огня, и огонь – с нами.

в городе жар, но от него не хуже,

время пятится, затягиваясь все уже,

дни сторонятся, сменяются вечерами,

мы – середины мира, и целый мир – с нами.

монстры в городе, и эти монстры – люди,

желчь и зависть, месть на остывшем блюде,

со всех сторон глазеют тысячи тысяч глаз.

мы сидим средь людей, и они – против нас.

Искупление

пускай летит ирония, не став моим коньком,

пускай дрожит в агонии и плещет кипятком

в унылые и тухлые мозги, умы, сердца,

пусть хлещет, валит, бухает, стираючи с лица

серьезные и мерзкие, гримасы, маски, фарс,

пусть бьет смешно и дерзко, и не жалея вас.

пускай клокочут яды, желчь льётся через край,

вы все! чему вы рады? вам обещали рай?

бессмертные, распутные надежды на блага,

пусть похоти минутные наставят вам рога,

слов цианистый калий пусть льётся со страниц

и смрадом гениталий вас ниспровергнет вниз.

бездельные, бесцельные, кто выдумал вас всех?

и ангелы, и демоны поднимут вас на смех.