Пылающая Лира. Стихи

»

Выделяешь черным – и это уже планета!

Не копируй ее, а создавай свою

в многогранной росписи интернета —

я тебе не это еще спою!

Завлекай в свою гавань меня – и увидишь больше:

я – твоя по крови, репликам и мослам!

Нам в журнальной бане дали по тазу, Мойша,

ржут и парятся – градусы, вот плацдарм.

Там другая вовсе температура,

и погода не наша, и кости у них длинней.

Коротышек низкая архитектура

не пропустит в арку рыцарей и коней.

Нищий прах, сгребаемый по кувшинам,

вычитаний прах, не ядовит совсем,

но смертелен, как путь губительной экс – машины

в приручении валенков и систем.

    2 мая 22 г.

«Он – из другого мира выросший цветок…»

Он – из другого мира выросший цветок,

И Принц Экзюпери сидел в его коленях,

И поливал слезой его росток

От нежности, восторга, умиленья.

И вот он, выросший в объятиях тепла,

Под колпаком бессменного начала,

Вспять поворачивает реку, чтоб текла,

Как надо – без душевного причала.

Здесь по реке торговые суда

Везут в страну роскошные товары.

Здесь раскаляется нажива добела,

И торжествуют адовы кошмары.

На площади воров крадут зерно

науки,

поселяя в души сказки,

и педагоги шепчут: «Не дано!..»,

и пробуксовывает разум в маске.

Наглазники стране дешевых фей

Изобрели, скумекали надежно.

Затычки для ушей всегда имей,

Затылок бритый и резьбу по коже.

Рисунки века прямо на башках,

Мозги прикалывают степлером к березе,

И с голыми ногами на морозе

Гарцуют по снегам. В немых смешках —

Утрата нравов. Не перебежать

На островок из лужи слез по детям

Стране читающих людей. Заметьте

Погибшие ростки, разжать

Которые не сможет солнце смерти.

Коротким летом в хламовых дворах,

На брошенных загонах – стадионах

Курящая и пьющая братва

Мозги в курятники сажает споро.

Потом детишки наркоманов в дрожь

Приводят педагогов и врачей.

Чей грех был не замечен? А ничей!

Лишь сало лопается в стаде сытых рож.

    28 марта 22 г.

«На границе абсурда легче руку на пульсе держать…»

На границе абсурда легче руку на пульсе держать:

Недвижимый огонь, пленный ливень, грядущая мать…

Разминая в абсурде усохшие за жизнь мозги,

Мирным оком взираешь туда, где не видно ни зги.