Осень несбывшихся надежд. Повесть

Однажды, проходя мимо дома Венгеровых в вечерней полутьме, мы с Генрихом увидели на далеком, едва освещенном крыльце, влюблённую пару. Брата, конечно, я узнала сразу, но Соня на этот раз показалась мне какой-то другой, не такой как прежде. Волосы у неё не спадали до плачь, как обычно, а фигурной копной были взбиты вверх. Платье было короткое, без пояса. Соня стояла к нам задом, уткнувшись лицом в Сашину грудь и преданно обхватив его шею руками. Издали мне показалось, что у неё не такие уж узкие бедра. Вообще, она не замухрышка, а скорее соблазнительная женщина.

– Целуются, – вдруг сказал Генрих. И мне показалось, что они пошевелились. Заметили нас.

– Вижу, – ответила я шепотом.

– А Софья издали выглядит – ничего. Много лучше чем днем. – Генрих немного помолчал и добавил: – Днем она Блоковская незнакомка, а ночью – Дама с камелиями.

– Странно, – едва слышно ответила я. И мы поспешили удалиться прочь. Я от стеснения – быстро, он – подчеркнуто медленно. Я – озадаченно и отрешенно, он – с обычной своей улыбкой, как будто ничего значительного не произошло.

А может быть и правда не случилось ничего, просто раньше я слишком много внимания уделяла своим предчувствиям.

Генрих нашел, что я выгляжу удрученной и решил рассказать мне анекдот.

– Рассказывай, – согласилась я.

– О влюбленных.

– Я слушаю.

– Так вот, приходит на прием к врачу один мужчина и говорит: «Доктор я так волнуюсь, так волнуюсь». «Почему», – спрашивает доктор. «Мне изменяет жена, я это точно знаю, – объясняет мужчина, – а рога у меня почему-то не растут»? Доктор посмотрел на него удивленно и говорит: «А они и не должны расти, это, знаете ли, образное выражение такое».

Мужчина облегченно вздохнул и ответил: «Спасибо доктор. Вы меня успокоили, а то я уже начал волноваться, – может кальция в организме не хватает». Генрих после этого рассмеялся, а мне почему-то было не смешно. Я шла и думала о своем.

Вечер был тихий, тёплый, какой-то парной. В школьном парке, на бугре, кричали грачи. Алая полоска заката всё ещё теплилась на западе и тени домов были дымчато-сизые, а заборы белесые и плотные как стена.

Сквозь силуэты кленов на улице виделся край речного затона, мост над речкой, купола коричневатых тополей на фоне неба. И на ум почему-то пришли странные строчки стихов, когда-то мной прочитанные и всплывшие в памяти невзначай.

В камышах, как в ушах,

Засвистел коростель,

И запела душа,

Позабыв про постель…

А на следующий день я узнала, что Сони в городе нет.