Бумеранг

 – часы за его головой показывали время, приближающееся к восьми двадцати пяти. – И, откровенно говоря, мне пора идти, – вставая, я дала понять, что собираюсь уйти и разговор наш желаю закончить.

Мой ответ ему явно не понравился. Мне показалось, что он принадлежит к людям, или точнее к мужчинам, которые привыкли получать то, чего хотят. Слово «нет» для него не существовало. В его глазах был виден гнев, но он мастерски попытался скрыть его.

– Как скажете, – он встал вместе со мной. – Рад знакомству, Мила, – мое имя, произнесенное им, резануло слух и мгновенно активировало мою настороженность.

 – Увидимся скоро. Доброго вечера! – он развернулся и вышел из ресторана.

– Доброго вечера! – сказала я почти самой себе.

Надев пальто, оставив на столе деньги, я вышла на улицу. Перед входом стояли машины такси, они всегда в людных местах бывали востребованы.

– Моя вечерняя прогулка после ужина отменяется! – пробормотала я себе под нос.

Я не видела этого Виктора, но решила, что в вечернее время не стоит рисковать и лучше поехать на такси, хотя тут идти было пять минут.

Сев в поезд и почувствовав, как он начал движение, я успокоилась и глубоко выдохнула. Постелив постель, я запрыгнула на верхнюю полку и легла спать.

– Утро вечера, мудренее, – прошептала я и заснула некрепким сном.

Глава 13

Приехав домой, я чувствовала усталость во всем теле, после того как простояла на ногах 14 дней подряд, практически по 12 часов. Каждый день начинался с семи утра, моя деятельность заключалась в торговле.

Из командировок я привозила вещи, которые у нас в городе обменивала на золото или бытовые товары, а золото обменивала иногда на импортную одежду и аксессуары. Только один раз ты имела право зайти в место, где можно купить три золотых изделия, и при этом у тебя должна иметься прописка в городе N, без нее ничего не получится. Но благодаря моей прыткости и умениям у меня получалось покупать по шесть, а то и по девять изделий в день. Барыги, как нас называли, отдавали долю за торговое место и тем самым защищали себя от беспредельной конкуренции на улицах.

Это была «крыша». Всегда имелась группа людей или человек, который будет крышевать тебя, если ты занимаешься тем, что приносит деньги. В конце рабочей недели или дня, ты должна была отдать долю. Все приспособились к такому образу жизни, и это становилось обыденным рабочим процессом.

Меня не было всего две недели, но мне казалось, что что-то здесь изменилось. Я очень соскучилась по Алине.