Ультимо

Пришёл альфа-самец за своей женщиной, и никакие бывшие его не пугали. Когда время перевалило далеко за полночь влюблённые знали друг о друге почти всё. Так откровенно о себе не рассказывал никогда ни он, ни она, что говорило о взаимном доверии. Вадим проводил Веронику до дверей квартиры. Прощались они долго, но всё когда-то кончается, и Каратов с сожалением оторвавшись от девушки, на прощание сказал:

– Я буду считать минуты до следующей встречи, любимая!

– Я тоже, – ответила Вероника.

– Завтра, вернее уже сегодня, я вечером провожаю сына в Латвию, на все летние каникулы.

Потом поеду к тебе, ты ведь не против?

– Конечно, я буду с нетерпением ждать!

Наконец, счастливый Вадим отпустил руки девушки и ринулся вниз по лестнице. Не оглядываясь, он добежал до машины и нырнул в неё. Усевшись за руль, Вадим закрыл глаза и сидел так долго не шевелясь, боясь нарушить сладкую истому, после долгого свидания. Счастье переполняло Каратова, он даже поймал себя на мысли, что такое с ним случилось не наяву, а во сне! Прошло полчаса, и только тогда он включил двигатель.

Медленно Вадим вёл машину по ночным улицам к своему дому. Спать совершенно не хотелось, он даже подумал, не поехать ли ему сразу на работу, но вовремя одумался – торчать в машине остаток ночи, даже после такого свидания, было верхом идиотизма. Правда, Каратов и чувствовал себя на грани помешательства.

Всё же он благополучно доехал до дома. Открыв дверь своей квартиры, Вадим прислушался, но вокруг стояла полная тишина.

Прокравшись на кухню, он сделал себе пару бутербродов с колбасой, запил их остывшим чаем, после чего рухнул на тахту. Заснул Вадим почти сразу, счастливая улыбка как будто навсегда застыла на его лице.

Утром он обнаружил на своём письменном столе записку от сына, которую вчера не заметил в темноте. Сашка писал, что было три телефонных звонка от клиентов по поводу ремонта двигателей. Это было очень кстати – Вадим надеялся, что с помощью дополнительного заработка он поправит семейный бюджет.

Ещё до командировки он отправил деньги тётки в Латвию, теперь маячила возможность их восполнить. Каратов перед уходом заглянул к сыну в комнату. Тот спал, уютно свернувшись калачиком, спал настолько сладко, что из уголка рта вытекло немного слюны на подушку. Вадим поправил одеяло и тихо вышел.

На работе бурлений после собрания никаких не наблюдалось. Все сидели на своих рабочих местах и трудились во благо обороны любимой Родины.