Воспоминания человеческого детёныша о Великой Битве кромешной

Уже сыпется из бомболюка фугаски, падают на нашу землю, рвут все в клочки Осколочные бомбы, свистят и пятнают осколками и людей и землю и все, что есть живое у нас.

Да только и Михайло не промах, стреляет раз за разом в наплывающие на позиции немецкие самолеты, по прозвищу «Лаптежник». Пуля хоть и маленькая, но внутри она стальная, насквозь пронзит и летчика и самолет-бомбардировщик и всю фашистскую армию заодно.

Но опять обрушились тут на нас германские бомбы, засвистели осколки, упали на землю куски кирпича и доски от бывшего хутора Пар.

Если дальше так и будет продолжаться, совсем у нас в стране не станет хутора Пара!! Упал на землю и Михайло наш. Это ударила его по шее толстая, вся в гвоздях, дровиняка, что прилетела из предпоследнего взорванного сарая. Сидел бы Мих-Мих в окопе – ничего бы такого не было.

Один Солдатик за всех остался. Бросился он к ружью, вновь эти «Лаптежники» возвращаются, сейчас обрушится на окопы вторая волна.

– Учитывай склонение, боковой ветер, скорость истребителя и давай упреждение, – тихо булькает Михаил сквозь бегущую кровь во рту.

Налетел бомбардировщик, ахнул изо всех сил из ружья и наш Солдатик, слетел с ног кувырком, отдача у ружья больно велика, только наш Миша может справиться стоя.

Самолет только качнулся, отвалили в сторону и уже больше не бомбил, И вдруг как увидят все, как закричали, это из – под брюха, куда и ударило ружье своей противотанковой пулей, появился дымок, вначале незаметный, а потом изо всех сил. Разогнался этот самолет, да как ахнет на землю, на свои же позиции.

Тут все как закричат снова, даже Михайло Михайлович голову поднял.

– Ну, спасибо – говорит он, – сбил ты его, собаку, больше летать не будет!

Тут набежали все, поздравляют, обнимают и целуют своих героев. Нет больше над нами вражеских самолетов. Дали мы им Пару – Жару!! Потом кинулись втроем перевязывать Михайло Михайловича. А сами рассуждают, нехорошо ведь получилось с напарником. Почему это у него кличка Карандаш?! А ведь такой храбрый и умелый солдат должен согласно русскому обычаю именоваться почтительно и уважительно.

И нет больше Солдатика, а есть настоящий герой

А через две недели, когда все были далеко уже отсюда, две медали пришли. Одна на грудь Михайло Михайловичу, другая тоненькому худенькому Солдатику под именем – отчеством – Иван Иванович. За их ратный труд, за героизм и доблесть, проявленную в боях против грозного противника.

Только больше на этой войне они не встретились.