Иглы в воде

Справа, слева, позади меня с грохотом проезжали снегоуборочные машины, создавая некую сумятицу на улицах. Мы, прохожие, не понимали, куда идти, дабы не попасть под колёса и не наступить нечаянно на ногу мимо проходящего человека.

Дышалось свежо. Даже чересчур. Виной тому была не зима, скорее, мятная конфетка, что очутилась во мне прямо перед выходом из дома. Такая вкусная. Но на улице – чудовищно опасная. Вот я шла и думала, как бы не заболеть и не попасть под машину. Сапоги предательски скользили, пару раз мне казалось, сейчас упаду.

Приходилось останавливаться, чтобы набраться сил и вновь ринуться в бой со стихией. Пока стояла – улыбалась, как дурочка.

Снег попал в носки – как мокро и холодно. Жуть! Лёгкие, глотка, гланды слились в одно целое, а сплотила их синтетическая мята. В общем, я не подготовилась к выходу из дома и пожинала от метра к метру соответственные плоды.

Показалась остановка. Я нащупала в кармане сорок рублей – от металла руке стало ещё холоднее. Как хорошо, что через секунду появился автобус, он так красиво и заманчиво светился жёлтыми буквами.

Моё спасение.

Дороги Петербурга (как это бывает всякий раз при первых признаках морозного сезона) оказались совершенно не готовы к нашествию стихии. На дорогах мигом образовались пробки. Автобус застрял в пяти метрах от остановки и упрямо не хотел открывать свои двери, пока до неё не доедет. Я стояла минут десять и сверлила взглядом, полным отчаяния и мольбы, стоящий так нелепо автобус, и думала – а не лучше бы было остаться дома и продолжать ничего не делать, но зато находиться в тепле?

Мужчина рядом вот уже два раза смачно сплюнул что-то.

Женщина неподалёку всё не могла прекратить кашлять. Во мне родилось подозрение: а не сговорились ли все и не хотят ли они досадить мне?

Наконец колесница подъехала, и начался ажиотаж. Много людей вышло, много и вошло. Все пихались, издавали самые разные звуки, не без тени агрессии. Я чувствовала, что нужно поддаться общему настроению и рассердиться, но почему-то мысль о том, что все спешили с работы домой, меня успокоила, будто я радовалась в душе вместе со всеми, представляла их тёплый ужин и всё такое прочее, но ведь на деле я понимала: мало кто торопился домой, и уж тем более у единиц хоть что-то лежало в холодильнике.

Я удручённо махнула головой – не важно, главное, я еду в кино – вот чему будет посвящён сегодняшний вечер. Двадцать девятое число – я в автобусе, скоро окажусь на месте и окунусь в мир андеграунда.